Он покачал головой, встал и задумался, но тут услышал, как кто-то бежит к нему по тропинке. Уловив запах Тэма, он обернулся и разглядел силуэт крепкого мужчины.
— Перрин, сынок, — начал Тэм, запыхавшийся от пробежки, — произошло кое-что необычное.
— Деревню накрыл пузырь зла? — с тревогой спросил Перрин. — Пострадавшие есть?
— Нет-нет, — ответил Тэм, — я не об этом. У деревенских все в порядке. Они ничего не заметили. Тут дело другое… — От него исходил странный запах: растерянность и волнение.
— Что такое? — нахмурил брови Перрин. — Что случилось?
— Я… В общем, мне пора, сынок, — сказал Тэм. — Пора покинуть лагерь. А когда вернусь, не знаю.
— Это из-за…
— Нет, белоплащники тут ни при чем, — перебил его Тэм. — Мне сказали не вдаваться в подробности. Дело касается Ранда.
Перед глазами закружились разноцветные пятна. Ранд шагал по коридорам Твердыни Тира. Лицо у него было мрачное. Даже опасное.
— Перрин, — продолжил Тэм, — у меня нет выбора. Это связано с Айз Седай, и я должен оставить тебя — прямо сейчас. Больше ничего не скажу: меня заставили дать клятву.
Перрин заглянул ему в глаза. Понял, что Тэм говорит искренне, и кивнул:
— Тогда ладно. Помощь нужна? Или спутники — куда бы ты ни отправлялся?
— Ничего со мной не случится. — От Тэма пахнуло смущением. В чем же дело?.. — Может, приведу тебе подмогу, сынок. — Он положил руку Перрину на плечо. — Ты неплохо справляешься. Горжусь тобой. И твой отец гордился бы. Продолжай в том же духе. Увидимся на Последней битве, а то и раньше.
Перрин кивнул, и Тэм в спешке направился к своей палатке — наверное, за пожитками.
Непросто выглядеть по-королевски, сидя в паланкине, который тащат на самый верх городской стены Кэймлина, но Илэйн старалась изо всех сил, поскольку бывают вещи поважнее, чем царственный вид.
Постельный режим! Для королевы! Что ж, Илэйн поклялась не вставать на ноги — иначе Мелфани так и висела бы над душой, — однако ни слова не говорила о том, что не покинет спальню.
Четверо рослых гвардейцев несли паланкин на плечах, а красиво причесанная Илэйн — в малиновом платье и с Розовым венцом Андора на макушке — балансировала меж подлокотников, ограждавших от ненарочного падения.
День выдался сырой, теплело, но небо оставалось затянуто тучами. Секунду-другую Илэйн поизводилась от чувства вины перед беднягами, при полном параде тащившими паланкин по этой жаре раннего лета, но раз уж эти парни собираются идти в бой под ее знаменами, то прогулка в теплый денек им не повредит. Потерпят. В конце концов, часто ли гвардейцам выпадает честь нести на плечах королеву?