— Картошка — это стратегический запас калорий, — объясняла она Наташе, которая помогала ей, руками делая лунки в рыхлой земле. — Её можно хранить долго, и она очень питательна.
Картофель закапывали бережно, словно драгоценности.
— Расти большой-пребольшой, — приговаривала Наташа, засыпая последнюю лунку. — Не то что там, на даче у мамы, где всё время колорадский жук всё съедал. Здесь жуков нет… наверное.
Полина вытерла пот со лба и посмотрела на дело рук своих: аккуратный шалаш, две грядки с будущим урожаем и замаскированный тайник с консервами.
— Знаешь, — сказала она тихо. — Мы здесь всего несколько дней, а уже столько сделали. Мы больше не просто выжившие. Мы… хозяйки этого места.
Лес встретил их прохладой и запахом прелой листвы. После нескольких дней, проведённых на берегу озера, привычный пейзаж уже казался Полине и Наташе слишком однообразным. Желание исследовать окрестности и понять, что ещё скрывает этот мир, стало непреодолимым.
Они углубились в чащу, двигаясь по едва заметной звериной тропе. Лес здесь был старым, настоящим. Гигантские сосны и ели уходили кронами в самое небо, создавая полумрак, в котором лишь изредка солнечные лучи пробивались сквозь плотный шатёр ветвей, выхватывая из темноты заросли папоротника. Под ногами пружинил толстый слой мха, заглушая шаги. Воздух был густым, пахло смолой, сырой землёй и грибами.
— Смотри! — Наташа остановилась так резко, что Полина чуть не налетела на неё.
Тропа вывела их на небольшую, залитую солнцем поляну. Всё пространство здесь было усыпано алыми каплями спелой дикой малины. Кусты были усыпаны ягодами так густо, что зелёных листьев почти не было видно.
— Вот это да! — выдохнула Наташа. — Это же просто джекпот!
Забыв обо всём, они бросились к ягодам. Малина была крупной, сладкой, с неповторимым лесным ароматом. Девушки собирали её в обрезанную пяти литровую бутыль из под воды, из которой сделали импровизированную корзину. Смех и шёпот нарушали вековую тишину леса.
Вдруг Полина замерла, подняв голову. Ей показалось, что за спиной хрустнула ветка. Она медленно повернулась.
В нескольких шагах от них стояла девушка.
Время словно остановилось.
Она была примерно их возраста, может, чуть младше. Длинные, спутанные волосы цвета тёмной соломы падали ей на плечи и спину. Но самым поразительным было не это. Её тело прикрывала лишь набедренная повязка из грубо выделанной тёмной шкуры и небольшая жилетка, стянутая шнуровкой на груди. Кожа девушки была загорелой до бронзового цвета, покрытой узорами из полос грязи и сажи — то ли украшение, то ли камуфляж. В одной руке она сжимала короткий дротик с костяным наконечником, а в другой — небольшой мешок из кожи.