Багажник «Матисса» почти захлопнулся с натужным скрипом, но крышка не встала в пазы до конца — мешали сетки с морковью и картошкой. Пришлось приложить усилие, что бы закрыть его.
Полина с сомнением посмотрела на заднее сиденье, которое уже напоминало склад бакалейного магазина.
— Тёть Надь, может, всё-таки в следующий раз? — вздохнула она, вытирая лоб. — У меня тут прямо стратегический запас на случай ядерной зимы.
— Не выдумывай, Полиночка! — бодро отозвалась тучная соседка, пытаясь протиснуться на переднее пассажирское сиденье. В руках у неё был ещё один туго набитый пакет, из которого торчали зелёные перья лука. — Я же не на пикник еду, я на всё лето. А лето — оно длинное. То картошку окучивать, то огурцы солить, то помидоры закатывать. Не бегать же мне каждый день в магазин. Да и дорого там очень.
Поняв, что попытка пристроить свои могучие телеса не удается, тетя Надя, поставив пакет на землю, стала активно помогать девушке затаривать салон автомобиля.
Список был внушительным:
В ногах у заднего сиденья встали две пяти литровые бутыли с подсолнечным маслом и одна с уксусной эссенцией.
На заднем сиденье, заботливо накрытом старыми пледами, чтобы не запачкать, пристроились три пяти килограммовых мешка с сахаром и три с мукой высшего сорта.
На полу образовалась батарея банок с тушёнкой (говяжьей и свиной), а сверху легли упаковки макарон, риса и гречки в пакетах по килограмму.
В отдельном пакете хранились стратегические запасы: пачки соли «Экстра», чёрный перец горошком, лавровый лист и целая упаковка соды и пять упаковок спичек.
Сбоку пристроились банки с рыбными консервами (сайра и горбуша) и сгущённым молоком.
— Тёть Надь, а это что? — Полина подняла тяжёлую сумку, в которой глухо звякнуло стекло.
— А это, милая, для души, — хитро улыбнулась соседка. — Томатная паста для борща, горчица ядрёная. Сама делала, по бабушкиному рецепту. Ты попробуешь — пальчики оближешь!
Вот ещё ведра новые пристроить нужно и кое-какие инструменты. Ох, ты совсем забыла — ещё самовар! Я ж его из ремонта вчера забрала! Я сейчас!
Она протянула Полине два оцинкованных десяти литровых ведра составленных одно в другое , из которых торчали небольшая ножовка, топорик и штыковая лопата без черенка и тяжело дыша, переваливаясь с ноги на ногу, покатилась в подъезд.
Полина только вздохнула и покачала головой.
Наконец, машина была забита под завязку. Тётя Надя уже не предпринимала попыток устроиться на переднем сиденье среди пакетов и ящика с рассадой томатов.