Слева шёл ряд окон от пола до потолка, за которыми виднелись буйно зеленеющая лужайка и цветущий сад. Справа — стены, деревянные двери и коридор, что вёл в комнаты отдыха, кладовые, ванные, кухню, комнату камердинера и так далее.
Зал занимал два этажа, и с потолка свисала хрустальная люстра. И вмиг зритель представлял, как это всё будет выглядеть по наступлению ночи.
Перед Клейном высились две лестницы, ведущие на второй этаж.
Винтовой коридор описывал квадрат, а посередине находился застеленный коврами зал. Клейну нужно было лишь взять бокал вина и встать у перил на втором этаже, чтобы вволю любоваться балом внизу.
На втором этаже было огромное количество комнат: жилая комната, комната для занятий, столовая, ванные, бильярдная и множество спален. Всем гостям можно было заночевать здесь.
Со второго этажа так же вели две лестницы на третий, и там находилось жилище самого Дуэйна Дантеса. Тут была и невиданно огромная хозяйская спальня, с открытым пространством, оборудованным барной стойкой, где можно было загорать и наслаждаться пейзажем, и кабинет, который впору было бы назвать миниатюрной библиотекой, а заодно две комнаты для переодевания, небольшие спальни для камердинера и горничной на ночных дежурствах, ванные. Были и комнаты для членов семьи, но Клейн пока что был холост.
А остальные слуги жили в одноквартирном доме за главным особняком. С другой стороны находилась конюшня.
Подземная часть особняка была такая же просторная, с огромным хранилищем и винным погребом.
Сняв пальто, Клейн встал на балконе комнаты на третьем этаже за полуоткрытой дверью, выпрямил спину. Оглядывал с балкона улицы и не мог сдержаться, тихо вздохнул украдкой.
«Вот почему он так дорог. Снимать за триста пятнадцать фунтов, не сказать, чтобы деньги на ветер…»
Парень уже вчера к вечеру оплатил годовую аренду, и теперь лишь через силу мог любоваться жилищем, которое снял.
И тогда же он выплатил ещё и Уолтеру годовое жалованье в сто пятнадцать фунтов. Поскольку было весьма вероятно, что Клейн сбежит, как только добудет книгу записей семейства Антигонов, он не желал оставлять своего дворецкого в расстроенных чувствах.
Следуя той же логике, Клейн давно выплатил экономке Танейе её годовой доход в сорок два фунта, чтобы дама поняла, сколь щедр мистер Дуэйн Дантес и как изысканны его манеры.
Благодаря переговорам двух главных слуг и их усердным трудам, наняли всю нужную прислугу. Годовое жалованье мужчины приказчика составляло тридцать фунтов; камердинера Ричардсона — тридцать пять; два лакея, ухаживающие за одеждой гостей и прислуживающие у стола, получали по тридцать фунтов; две личные горничные дам — по восемнадцать; две камеристки по двенадцать; и два разнорабочих также по двенадцать.