Уснул быстро и увидел сон.
Прошло неизвестно сколько времени, и Элджер ощутил некое прояснение, смутно сознавая, что видит сон, и всё же глаза сами огляделись вокруг.
Он обнаружил, что над ним зыблилась тëмно-синяя морская вода, волны накатывали друг на друга и закрывали небо. А впереди виднелся прекрасный дворец из коралла — высокий, живописный, тёмный и мрачный.
Элджер бессознательно зашагал в сторону дворца и вошёл в открытые двери.
Внутри дворца на коралловых колоннах держался небывало высокий свод. И стены, и свод испещрены были росписями, изображающими ужасы бурь.
Метров за сто от дверей на лестнице в девять ступенек высился трон, отделанный сапфирами, изумрудами и сияющими жемчужинами — потрясающее зрелище!
Элджер поднял взгляд и увидел, что на троне сидит женщина в замысловатом старинном платье. Чёрные волосы её были зачëсаны в пучок, профиль нежен, черты утончённые. То была краса, словно неподвластная времени.
Выражение лица у женщины было основательно-серьëзное, а уши острые. Глубокие карие глаза властно взирали на Элджера.
В руке она держала золотой винный кубок с затейливыми узорами.
Элджер собрался было что-то сказать, но её глаза вдруг сверкнули серебряным светом, как вспышкой молнии, и оборвали сон.
— Уф… — Элджер приподнялся, стал бессознательно хватать ртом воздух. Ему чувствовалось, что сон одновременно и размыто-зыбок, и ясен.
Зыбок был облик женщины, как и росписи, и сам коралловый дворец нельзя было рассмотреть подробно, но ясны были её глаза, таящие в себе молнию, и отчётливы острые уши.
«Эльфийка высокого чина? Под воздействием Кровавой Луны её останки резонировали с признаком Певца Океана, что у меня имеется, и оттого навеяли мне сновидение?» — Онтерялся в догадках, что же это может быть за предмет.
Положения Элджер был невысокого, потому и знал лишь ограниченное количество Запечатанных Артефактов и мистических предметов. Однако же обладал некоторым знанием, недоступным прочим, так что быстро выделил вероятную цель.
— Бедствие Кохинем?
«Книгу Бедствий, которую „Она“ оставила, скорее всего, отправили на остров Пасу…»
«Когда отчитаюсь и уеду, попрошу совета у мистера Шута и разузнаю, нет ли в этом деле каких-то непредвиденных влияний…»
В штабе Церкви Шторма Элджер не решался молитвенно произносить почётный титул Шута.
После рассвета с ним уже не происходило ничего сверхъестественного. Ведомый слугой, он вошёл в комнату с длинным столом и был допрошен диаконами Уполномоченных Карателей.
У одного из троих диаконов были тëмно-синие волосы. Эта перемена от принятия зелья пути Моряка происходила не всегда. Однако признак упорно передавался по наследству, как у эльфов. У многих из черноволосых эльфов волосы в итоге синели. В те дни метисы с примесью эльфийской крови были в основном синеволосы.