Закрыв дверь, Элджер увидел льющийся в окно кровавый лунный свет. В нём всё вокруг смотрелось ледяным и зловещим, словно несметные призраки наблюдали за реальным миром сквозь тонкую завесу.
Каждый раз в Кровавую Луну у всех усиливалась духовная составляющая. Силы, происходящие из духовной сферы и ада, получали значительную подпитку, а отрицательные эмоции живых существ достигали взрывоопасного состояния. И чем выше Последовательность, тем более отчётливо это проявлялось.
Элджеру послышались слабые рыдания, глухие крики, шёпоты. Уже не было той торжественной атмосферы, что он прежде ощущал в Соборе Молний.
Перед глазами Элджера возникли призрачные руки и потянулись в стороны из стен, пола, потолка, словно трёхмерный бледный лес.
Элджер знал, что в Кровавую Луну творится сверхъестественное, и потому вовсе не паниковал, снял капитанскую шляпу, пошёл в ванную умываться.
И в это время вдруг услышал откуда-то издалека пение.
Голос пел неясно, словно с середины острова. Бесконечно отдавался эхом, где-то совсем рядом с Элджером. Он голоса не испугался, ведь это как будто женщина, что оказалась вдали от семьи, от любимых, медленно и с грустью затянула песнь, глядя на бьющие о берег волны.
Элджер стянул с вешалки полотенце, вытер лицо и затем приподнял голову, прислушиваясь.
Понемногу хмуря лоб, достал небольшой железный ящичек из подкладки своей священнической рясы и приложил к уху.
В ящичке была черта Потустороннего Певца Океана, купленный Элджеорм у Мира. Онзаподозрил, что оставшийся на признаке умственный отпечаток усиливается во время Кровавой Луны.
Подносил ближе, и вмиг пение стало несколько яснее — полное печали, скорби, тоски и боли.
Да вдобавок там звучал ещё один голос — эфирный, древний, чëтко отграниченный от того ясного пения, образующий словно дуэт с ним!
‘Чей это голос? Как будто эльф поёт… В Церкви оказался предмет, сотворëнный эльфами? Эта черта Потустороннего Певца Океана у меня эльфийская? — покачивал головой Элджер, выстраивая в уме теорию.
Церковь Шторма, будучи с эльфами на одном пути Моряка, всегда искала эльфийские реликвии. Они использовались в зельеварении, из них делались Запечатанные Артефакты, их скрывали вне досягаемости под землёй. Реликвии с относительно меньшим отрицательным воздействием вручали духовенству и посему ничего странного не было в том, что нечто подобное пробудилось в ночь Кровавой Луны.
«Если это мистический предмет, то ничего страшного. Если Запечатанный Артефакт, то явно станет всё непросто, лишь стоит голосу проникнуть сквозь разделительную преграду…» — Элджер, погружëнный в свои мысли, почистил зубы и пошёл спать.