— Быстрее! — велела Фэйли Девам, зачерпнув полные руки грязи. — Расскажите остальным! Пусть узнают, как остановить это безумие! — Одним броском она сбила два кинжала, грозивших Аллиандре, после чего побежала к солдатам.
— Не надо просить прощения, Галад, — мягко сказала Моргейз. — Откуда тебе было знать, что происходит? Ты находился во многих лигах от Цитадели Света.
Они сидели лицом к лицу в шатре лорда капитан-командора, чьи стенки освещало закатное солнце. Галад сцепил пальцы и подался вперед. Такой задумчивый… Моргейз помнила, как впервые увидела своего пасынка — давным-давно, когда вышла замуж за его отца. Ребенок шел довеском к сделке. Хотя Моргейз приняла и усыновила его, мальчик, казалось, считал, что его любят меньше, чем брата с сестрой, и у мачехи было неспокойно на душе.
Галад всегда был серьезным ребенком. Он с ходу подмечал то, что было неправильным, но, в отличие от других детей — особенно Илэйн, — не пользовался полученным знанием как оружием. Как же Моргейз не поняла, как же сразу не догадалась, что его потянет к белоплащникам с их черно-белой картиной мира? Почему не подготовила Галада к жизни? Почему не донесла до него, что мир не двуцветный, что он даже и не серый. В нем полно всевозможных оттенков, иной раз выходящих за границы любого морального спектра?
Галад взглянул на нее: пальцы сцеплены, в глазах тревога.
— Я незаслуженно обвинил Валду. Явился к нему и заявил, что требую Суда Света, поскольку Валда надругался над тобой и лишил тебя жизни, но это утверждение истинно лишь наполовину. То есть я заблуждался, пусть даже и отчасти. И все же я рад, что убил его.
У Моргейз перехватило дух. У Валды была репутация одного из лучших мечников из числа живущих ныне, и юный Галад превзошел его в поединке? Нет, он уже не юноша. Галад сделал выбор, и не ей судить, насколько он был прав. В каком-то смысле его поступки достойны восхищения. В отличие от поступков самой Моргейз.
— Ты молодец, — сказала она. — Валда был скверный человек. Не сомневаюсь, что он стоит за смертью Найола. Ты оказал всему миру большую услугу, Галад.
— Он заслуживал смерти — за то, как обошелся с тобой, — кивнул тот. — Но в любом случае мне надо будет объясниться. — Он поднялся на ноги и стал расхаживать по шатру, заложив руки за спину. Его одеяние будто светилось в лучах заходящего солнца. — Признать, что мое обвинение в убийстве было ошибочным, но что Валда получил по заслугам за другие, не менее тяжкие преступления. — На секунду он остановился. — Жаль, что я ничего не знал.