Йоэли кивнул.
— Следующая засада будет не такой успешной, — продолжил Итуралде, — но по природе своей троллоки трусливы. Зная, что любой переулок может превратиться в смертельную ловушку, они будут медлить, и мы выиграем больше времени, чем если бы потеряли половину своих солдат у стены.
— Понятно. — Йоэли помолчал. — Но… разве это не означает, что они будут ждать чего-то подобного? Ведь твой план основан на страхе троллоков перед засадой!
— Пожалуй, ты прав.
— Не пора ли сменить тактику? Ты же сам говорил: если есть хоть тень подозрения, что враг знает о твоих намерениях, нужно менять планы.
— Слишком много думаешь, сынок. Иди и выполняй приказ.
— Эм-м… Есть, милорд. — И Йоэли поспешно удалился.
«Вот почему, — подумал Итуралде, — преподаватель тактики из меня никудышный». Непросто объяснить ученикам, что существует золотое правило: всегда доверяй интуиции. Страх троллоков можно обернуть себе в пользу. А сейчас Итуралде готов ухватиться за любую соломинку.
Но думать об этом не хотелось, поскольку золотое правило уже было нарушено: инстинкт подсказывал — а точнее, криком кричал, — что город следовало оставить несколько часов назад.
Дурные предчувствия
— Что, по-твоему, задумал Перрин? — спросила Берелейн, прогуливаясь в обществе Фэйли и Аллиандре.
Фэйли не ответила. День клонился к вечеру, и лагерь мягко освещало далекое солнце, укутанное в сотканный из туч саван. Уже скоро, озарив прощальной вспышкой горизонт, светило отправится на боковую. Через два дня Перрин отправится на суд. Фэйли понимала, что задержка необходима: Аша’манам требовалось время на решение необычного затруднения с созданием переходных врат.
Их армия росла, и люди по-прежнему прибывали, но, судя по донесениям разведчиков, войско белоплащников тоже увеличивалось — не так быстро, но все же… В подобные времена армия символизирует силу — или, самое меньшее, решает вопрос с пропитанием.
Близ военной стоянки Перрина пила родниковую влагу купа деревьев-корнеручниц — невероятно странных растений, чьи похожие на пальцы корни были погружены в воду. Их гладкие стволы походили на разогретое и вытянутое, а после застывшее стекло. В Салдэйе таких не растет. Казалось, сделай пару шагов в неверную сторону — и увязнешь в болоте.
— Что, ответа мне не будет? — спросила Берелейн. В последнее время она была сама не своя. — Мне тут подумалось… Может, отправить к белоплащникам дипломатического представителя? Как считаешь, Перрин позволит мне пообщаться с ними? Как знать, вдруг я сумею подать обращение от его имени?
Эту тему она поднимала далеко не впервые.