— Значит, отказываетесь мою просьбу исполнить, — уточнил лысый ратник.
— Хватит пустого трёпа. Говори, какое дело ко мне у Щербатова.
— Ну тогда не обессудьте, ваше сиятельство.
Невидимая сила обхватила меня, да так, что чуть кости не треснули, приподняла над землёй и притянула к лысому.
— Эй, оставь его! — Фёдор выхватил пистолет.
— Оружие убрал! — приказал Лысый. — А то я и его, и тебя по асфальту размажу! — его взгляд обратился ко мне. — Вы не с теми воевать взялись, ваше сиятельство. Напрасно против власти пошли. Поэтому вас проучить велено за вашу дерзость. Чтобы знали впредь.
— Да пошёл ты! — выдавил я.
Меня так туго сжала невидимая сила, что было невозможно сделать вдох. Вокруг крутились воздушные вихри, поэтому сомнений не оставалось, и я сразу догадался, какой школе магии принадлежит этот одарённый. Мои руки были прижаты к бокам, и я не мог выпустить молнию. Оставалось только укреплять энергией духа мышцы и кости, чтобы меня не раздавали, как муху. Ну или стоило попытаться вызвать шторм с риском самому себе подпалить задницу.
— Да не ругайтесь, — лысый словно насмехался надо мной, он чувствовал торжество. — Убивать вас не будем. Мне велели лишь поучить вас немного и предупредить, что любой враждебный шаг в сторону членов рода Щербатовых будет сурово наказан. Наши господа не потерпят произвола от какого-то чужака. Это ясно?
— Я сказал… пошёл в жопу!
— Кажется, не ясно, — лысый швырнул меня об асфальт с такой силой, что в глазах потемнело. Не успел я встать, как воздушные вихри опять сдавили меня и подняли над дорогой. — Непонятливый вы. Ну что ж, значит, будем объяснять, пока не дойдёт.
Меня резко подбросило вверх и на большой скорости швырнуло вниз, ударив спиной о дорожное покрытие. Сдавленный стон сам собой вырвался у меня изо рта. Но на этот раз я был готов действовать. В ту секунду, пока лысый сосредотачивался, чтобы снова применить магию, я, не вставая, вытянул руку в его сторону и создал электрический разряд. Небольшая молния с треском разорвала воздух, лысый завопил.
Не дожидаясь, пока остальные возьмут в руки автоматы, я продолжил стрелять молниями из положения полулёжа. Один из людей Щербатова вспыхнул факелом и упал замертво, за ним — второй. Третий успел спрятаться за машину, но тут же высунулся, целясь в меня из штурмовой винтовки. Молния полоснула внедорожник, пробила капот, и внутри что-то загорелось. Человек вскрикнул и повалился без сознания.
Убедившись, что противники не представляют опасность, я стал подниматься. Лысый стоял на четвереньках, на его коже краснели ожоги, но костюм, сделанный из антимагической ткани, не пострадал. Трое его сопровождающих валялись на дороге в обгоревших шмотках, у двоих кожа местами обуглилась. Силы я не рассчитал, да и не особо думал об осторожности, когда меня швыряли об асфальт, словно игрушку. Спина до сих пор болела, а голова от удара кружилась.