— Но вы рискнули приблизить свою смерть, стоя рядом со мной.
— Каким образом?
— Я мог выхватить ваш пистолет.
— Почему же не пошли на это? — поднял бровь Хофман, стараясь чтобы на лице ничего лишнего не отразилось.
— Его нет в кобуре, — усмехнулся русский. — Где вы его забыли, господин обер-лейтенант?
Упрек от врага обиден вдвойне. «Парабеллум» остался в «Кюбеле» — неудобная посадка машина, пистолет в кобуре мешает, и Роберт его действительно забыл.
— Господин обер-лейтенант! — послышался крик радиста, — «Вольф-три» на связи! Срочное от «Фридрих двадцать»!
Хофман подбежал к машине, схватил протянутые наушники и прижал ларингофоны.
— Я «Фридрих-один», говори!.. Что⁈ Тоффель! Принял, жди! — откинул гарнитуру, и крикнул:
— Алярм! На точку-три. Быстро! Этого в кузов, — Хофман указал на пленного.
Оберштурмфюрер что-то там возражал, но шутце оттерли эсэсовцев в сторону, подхватили русского под руки и посадили в ганомаг. Кюбель и бронетранспортер взяли максимальный темп.
Роберт выпорхнул из «Кюбеля» не дожидаясь остановки. Навстречу шагнул Фокс.
— Как он?
— Очень плох, — произнес тихо фельдфебель. — Рана тяжелая, много крови потерял. Не довезем…
Хофман кинулся к Грегори. Друг лежал на расстеленной камуфляжной накидке, под головой свернутая куртка. Дышал тяжело, отрывисто. Через бинты проступала кровь. Он опустился рядом, осторожно тронул за плечо.
— Михель! Михель!
Грегори приоткрыл глаза, чуть улыбнулся.
— Что случилось, Михель?
— Чу…ял я… — прохрипел Грегори через силу, — плохо бу…дет… этот феникс… он…
— Феникс? Ты что-то узнал?
— Феникс… это был… он… — у Михеля за пузырилась кровь на губах, — он… в голове… поэтому русские знают… все знают… хотят… хотят… анг… англ… лайми…
Грегори выдохнул и замер.
Фокс и радист курили в паре шагов. Хофман с минуту сидел у тела. Когда он поднялся, фельдфебель откинул окурок.
— Что значит — Феникс в голове? — спросил Фокс. — Еще он упомянул — лайми, а это британцы.
— Что Грегори тебе сказал? — встрепенулся обер-лейтенант. — Слово в слово.
— Похоже на бред, но сказал следующее: «Феникс, он в голове, поэтому русские знают, хотят чтобы лайми». Это все. После уколола отключился.
С минуту Хофман раздумывал.
— Кто преследует русского?
— Линц, Тодт, Кесц и Шеффер, — доложил фельдфебель.
Обер-лейтенант, кивнул. Отвернулся. Упустили диверсанта. В третий раз! Чертов Феникс!
— Герхард этого русского нужно взять. Живым!
— Сделаем.
— Оставь мне пол отделения, остальных забирай. Снимай все засады, но русского возьми.
— Яволь! — козырнул фельдфебель. После его команд в лес метнулись посыльные, а присутствующие споро начали готовиться к выдвижению.