После прочтения всех трёх писем я долго лежал в своих покоях, перебирая в памяти каждую строчку, каждый знак, каждое слово, и сон, будто отступая перед тяжестью мыслей, не приходил. Я так и не понял, как уснул.
И вот утро, неожиданное и яркое, нагрянуло, едва я успел заметить, как темнота сменилась золотым светом. Я поднялся с постели, ощущая странную лёгкость и одновременно напряжение: день предстоял важный — вызов к королю.
Я медленно переступал по каменному полу малого зала, чувствуя тяжесть доспехов и одновременно странное волнение — редкое ощущение для того, кто привык видеть только поле битвы и лица поверженных врагов.
Король сидел на слегка возвышенном троне, украшенном резьбой и позолотой, как ожидалось от короля Альбы, а рядом с ним стояли два лорда, почтенные и важные лица, чей взгляд одновременно оценивал и предупреждал. Я кивнул, низко склонив голову, приветствуя их, и сдержанно, но твердо — самого короля. Он одобрительно кивнул мне в ответ, и я почувствовал, как плечи сами расправляются.
— Доблестный Йенн, — произнес он ровным, властным голосом, — твоя служба мне была верой и правдой, твой меч точен, как мой суд. Теперь же мир настал, и заслуга твоя не меньшая.
Я едва сдержал удивление, когда он вынул из-под плаща меч. Лезвие сверкало, украшенное инкрустацией драгоценными камнями, и я понял: это не просто оружие — это символ, знак доверия и почета.
— Вручаю тебе этот меч, — продолжал король, — Меч Короля. Он твой навечно, вместе с этим титулом, и к нему полагается вознаграждение: пятьсот серебряных пенни. Теперь можешь возвращаться домой.
Я кивнул, слова застряли в горле от гордости и облегчения — вот так, за свою службу, за все тревоги и кровь, что пролил в боях, я удостаивался не только признания, но и символа, который будет носить вечно.
Но тут прозвучал голос, который заставил меня замереть:
— Подожди, Йенн! — воскликнул лорд Ангус Дункан, высокий и суровый, со внимательным взглядом, который сразу насторожил меня. — Я бы хотел повнимательнее рассмотреть тебя мой мальчик, моего зятя.
Я замер, сердце дрогнуло, а мысль в голове дернулась: Как это возможно? Дункан… как я могу быть его зятем? … Моя рука невольно легла на рукоять меча, хотя мне не требовалось оружие здесь, в зале короля, просто от волнения.
Я склонил голову перед королем, но взгляд мой неотрывно держался на лорде Ангусе Дункане, главе одного из самых могущественных кланов Альбы.
—Ах… да, да, мой мальчик… — сказал лорд Ангус, и в его голосе звучала такая неожиданная мягкость, что я невольно напрягся. — Жена твоя — внучка моя, Эвелин…И знай, я виноват перед ней. Но я хочу очень многое исправить.