Он сделал паузу, затем добавил, уже насмешливо:
— Хотя бабёнка разбитная. Голодная. Такие, если их чуть приласкать, становятся удивительно покладистыми. И преданными — пока им выгодно.
Магнус бросил на него косой взгляд.
— Ты к чему клонишь?
— К тому, что тебе она не нужна, — спокойно сказал Малькольм. — А мне — всё равно. Я не так разборчив. Если она решит, что мы — её новая опора, язык у неё станет короче, а память — избирательнее. Это может быть… полезно.
Магнус усмехнулся — на этот раз открыто.
— Делай что хочешь, — сказал он. — Только без глупостей. Она должна помнить, на чьей стороне её выгода.
— Об этом можешь не беспокоиться, — ответил Малькольм легко. — Я умею быть убедительным.
Они помолчали.
— Значит, — продолжил Магнус, возвращаясь к делу, — план не меняем. Через два дня.
— Через два, — подтвердил Малькольм. — Честный набег. Скот, амбары, оружейная. Замок ослаблен, люди измотаны. Роб ранен, Йенна нет. Да и её слова, подтверждаются сведениями полученными о нашего человека. Как хорошо, что я его вовремя прикормил.
— И никакой возни с кражей женщины и детей, — жёстко добавил Магнус. — В этом больше шума, чем пользы. Айрен просто хотела мести.
— И использовала бы нас, — кивнул Малькольм. — Как и все такие.
Магнус взял со стола свиток — письмо от Мак Гилле-Бригте — и снова нахмурился.
— Но тогда что это за послание? — произнёс он медленно. — Если связи с Торберном нет и быть не может… кто и зачем прикрывает леди Маккену?
Малькольм пожал плечами.
— Либо блеф, либо кто-то третий, о ком мы не знаем.
Он усмехнулся, но в глазах его мелькнуло что-то настороженное.
— В любом случае, через два дня мы всё узнаем.
Магнус кивнул.
За стенами замка завывал ветер, и этот вой был слишком похож на предвестие крови.
Ночь была слишком тихой.
Айрен лежала с открытыми глазами, всматриваясь в темноту над балдахином. Она не спала — она ждала. Сердце билось быстрее, чем следовало, и это злило её. Она убеждала себя, что ждёт не напрасно. Магнус…Когда-то он смотрел на неё с жаром, от которого перехватывало дыхание, говорил вещи, от которых кружилась голова. Говорил даже о браке.
Тогда она выбрала Йенна.
Теперь, вспоминая это, Айрен чувствовала укол сожаления. Тогда Магнус был лишь младшим братом, не хозяином замка, не главой клана. Кто мог знать, как повернётся судьба?
Дверь открылась почти неслышно.
Айрен не шевельнулась. Только дыхание стало глубже. Тяжёлые шаги приблизились, матрас прогнулся, и рядом возникла властная тень Он навалился на нее сразу, он был жадным, даже грубым, быстро овладел ею. В этом не было нежности, но было то, что Айрен всегда умела распознавать — желание.