— Всё это начиналось с моего отца, — сказал Торберн, остановившись у массивного стола в лаборатории. Голос его стал тише, глубже, будто он говорил не только с мной, но и с собственной памятью.
— Хокон, сын Харальда… да, того самого Харальда I, прозванного Синезубым. Сына первого короля Дании и родного брата Свена Вилобородого.
Я медленно выпрямилась. — Лорд Торберн — внук и племянник королей Дании! Вот это поворот! —. Имена были слишком громкими, чтобы прозвучать случайно.
— Он был викингом, — продолжал Торберн спокойно. — Воином. Разбойником. Говорят, жестоким и беспощадным. Пил, грабил, жёг, в общем бесчинствовал — как и многие тогда. Но… — он усмехнулся уголком рта, — мы, семья, таким отца не знали.
Он на мгновение замолчал.
— По рассказам моей матери, Мойры, после свадьбы отца словно подменили. Он стал другим. Спокойнее. Вдумчивее. Начал задавать странные вопросы, делать удивительные вещи, инструменты, идеи. И почти всё, что ты сегодня видела, — Торберн обвёл рукой лабораторию, — берёт начало от него.— А какая у них с мамой была любовь? Он ведь даже балады ей посвящал, сам писал и музыку и слова. Сказка, а не любовь.
Я слушала, не перебивая. — Попаданец, он однозначно был попаданцем. — Промелькнуло в голове. Теперь многое вставало на свои места.
— Он основал школу, — продолжил Торберн. — Здесь, в этих землях. Мы отбираем детей — не по происхождению, а по уму и любознательности. Там учат травниц, акушерок, это такие повитухи…
— Я знаю, — ответила я спокойно. — Кто такие акушерки.
Торберн усмехнулся и внимательно посмотрел на меня. Он прищурился.
— А ветеринары? — уточнил он. — Механики?
Я без колебаний кивнула.
— Знаю.
Торберн ничего не сказал, но в его взгляде мелькнуло удовлетворение. Не удивление — подтверждение.
— У отца остались дневники, — добавил он после паузы. — Записи. Схемы. Мы многое из этого используем до сих пор. Думаю… тебе было бы интересно.
Я вздохнула. Не от скуки — от сожаления.
— Да, — сказала я честно. — Очень. Но сейчас мне нужно спешить домой. За детей… за замок. Душа болит. Времени у меня мало.
Лорд Торберн кивнул. Он не стал меня уговаривать — он слишком хорошо понимал, что значит отвечать за других.
— Хорошо, — сказал он. — Тогда кое-что ты возьмёшь с собой.
Он щёлкнул пальцами, и один из помощников подошёл ближе.
— Думаю, от зеркала и писчих принадлежностей ты не откажешься?
Я позволила себе слабую улыбку.
— Не откажусь.
— А ещё? — прищурился Торберн.
— Лекарства, — ответила сразу. — И рекомендации. Что и как применять.