Валера хмыкнул, прикинул.
— Ну… Дня три. Если с покраской и сушкой. И это я еще материал удачный нашел, полистирол листовой. Клеится хорошо. А что?
— А клавиатура? Сами кнопки?
— Ой, не трави душу, — махнул рукой Валера, — Неделя. Пока нарезал, пока отшлифовал, пока пружины подобрал от старых реле… Это ж ювелирка. Я ж каждую кнопку вручную подгонял, чтоб не болталась.
Алексей обвел взглядом присутствующих.
— Друзья, у меня для вас новость. Хорошая и плохая. Хорошая: наш проект утвердили. Мы делаем серию для школ.
Саша Птицын подпрыгнул на стуле:
— Ура! Я же говорил! Будущее наступает!
— Плохая, — продолжил Алексей, не разделяя восторга, — Серия — это пятьдесят штук. К первому сентября.
В комнате повисла тишина. Слышно было только, как гудит трансформатор в блоке питания на стенде и как за окном капает с карниза.
Валера медленно положил корпус на стол. Очень аккуратно, словно тот был сделан из хрусталя.
— Пятьдесят? — переспросил он шепотом, — Ты шутишь, Николаич? Первое апреля только через неделю.
— Приказ подписан.
Валера посмотрел на свои руки. Руки у него были золотые, но их было всего две.
— Ты сдурел, — сказал он просто, без злобы, но с полной уверенностью, — Пятьдесят корпусов я тебе до сентября не сделаю. Даже если спать перестану. У меня в макетке нет термопластавтомата. Я всё клею и гну на струне. Это штучная работа! А кнопки? Три тысячи кнопок напильником вытачивать? Да я повешусь на шнуре от паяльника на десятой сотне!
— А телевизоры? — подал голос Игорь Ковалёв, — Где мы возьмем пятьдесят «Юностей»? В магазине «Электрон» их выкидывают раз в месяц по пять штук, и очередь с ночи занимают. А через снабжение… это ж фонды следующего года.
Михалыч тяжело опустился на стул, который жалобно скрипнул под его весом.
— Приплыли, — констатировал он, — Электронику мы соберем. Платы в цеху закажем, монтажниц попросим, сами по вечерам сядем. Но механика и периферия… Это завод нужен. Настоящий, серийный завод. А мы — КБ. У нас тут, прости господи, три калеки и один энтузиаст.
Саша Птицын обиженно засопел, но возражать не стал.
Алексей встал и подошел к кульману. На чистом листе ватмана он нарисовал большой квадрат.
— Мы не можем сделать это здесь, — сказал он твердо, — Валера прав. Руками мы серию не вытянем. Значит, нам нужно найти того, кто это уже делает.
— Кто делает малые ЭВМ? — удивилась Люба, — Никто. Знаете же анекдот? Зачем нам внедрять ЭВМ? Чтобы с машинной точностью знать, что план невыполним.
— Не ЭВМ целиком, — усмехнулся Алексей и провёл черту, деля квадрат пополам.
Тишина.