Пора было проститься окончательно.
Я поставила чемодан и обняла бывшего.
В этих объятиях не было ничего кроме благодарности.
Мы благодарили друг друга за все те годы, что провели рядом.
Ща всю любовь и нелюбовь к тому же, радости и горести, за, что мы вообще были друг у друга.
Мы улыбались, и в наших улыбках было всё то понимание, всё прощение, тепло, которое останется с нами навсегда.
Мы были и главное смогли остаться родными людьми, часть души каждого из нас навсегда останется у другого.
Но главное мы обязаны идти своим путём, порознь, навстречу своему, отдельному счастью.
Я наклонилась к Алёше, который стоял рядом с отцом, и чмокнула его в щёку — нежную, тёплую, пахнущую детством.
— Пока, пока, мой ангел, — прошептала я.
Он улыбнулся сквозь слёзы и помахал мне маленькой ладошкой.
Ринат тихо сказал:
— Хорошей дороги. Звони, как доберётесь.
Я кивнула. Потом развернулась и пошла к воротам, катя за собой чемодан. У калитки обернулась. Они стояли вдвоём — высокий мужчина с ребёнком на плече. Ринат поднял Алёшу повыше, и тот помахал мне ещё раз. Я послала им воздушный поцелуй и вышла за ворота.
На глаза навернулись слёзы, легкие и светлые что ли.
Я вытерла их тыльной стороной ладони и пошла по дорожке туда, где был припаркован заветный мерс мерседес.
Серёжка стоял рядом, опершись на капот. Увидил меня, и выпрямился торопливо открывая пассажирскую дверь.
Мы обнялись, я уткнулась лицом в его плечо и поняла:
Я дома, и теперь так будет всегда.
Потом любимый отстранился.
— Готова?
Я улыбнулась. Кокетливо, как когда-то давно, в другой жизни.
— С тобой всегда готова.
***
Я смотрела на Серёжу. Он вёл машину сосредоточенно, свободная рука лежала на моей, сжимая нежно пальцы. Солнце пробивалось сквозь облака, играло бликами на лобовом стекле, за окном мелькали дома, деревья, люди, спешащие по своим делам. И никто не знал, что для меня сегодня началась новая жизнь.
Я чувствовала себя самой счастливой женщиной на планете, и не потому, что всё было идеально, а потому что я снова стала собой.
И впервые за долгое время мне нравилась эта женщина.
Мерседес набирал скорость, унося нас вперёд, в будущее, которое мы напишем сами. И это будущее пахло свободой, любовью и обещанием счастья.
Весна, в которой расцветает новая жизнь.
2 года спустя
Питер встречал весну неохотно, как всегда.
Мартом здесь считался мокрый снег, слякоть и ветер с залива, от которого хотелось закутаться поплотнее. Но сегодня, в международный женский день, солнце всё-таки пробилось сквозь тучи, разрисовав Неву золотыми бликами.
Я стояла у панорамного окна нашей новой квартиры на Петроградке и смотрела, как внизу суетятся люди, как по реке идёт прогулочный катер, как город живёт своей привычной жизнью.