Я не люблю кружева.
Они кажутся мне непрактичными, лишенными строгой логики линии. Но сегодня, в пять тридцать вечера в пустом кабинете, я поймала себя на мысли, что пытаюсь вспомнить, когда в последний раз видела искру в глазах Рината. Не деловую, холодную, что зажигается при удачной сделке, а совсем другую… Ту, домашнюю, теплую, что обращена ко мне.
Математика отношений выдала неутешительный результат: несколько месяцев. Цифра легла на сердце холодным грузом. Работа, проекты, его вечные совещания, мои отчеты. Мы, два перфекциониста, построили идеально отлаженный механизм совместной жизни. И где-то в шестеренках застряла и испарилась настоящая страсть и близость.
Решение пришло, как бизнес-план: нужен жест, выбивающий из рутины. Иррациональный, вопреки моей природе. Я представила его удивление, сменяющееся тем самым, знакомым до мурашек, горячим интересом. Это был слабый, почти стыдливый импульс, но я, Татьяна Рахимова, привыкла доводить импульсы до результата.
В торговым центре я быстро нашла нужный отдел, отбросила ненужную робость и выбрала вульгарную комбинацию. Продавщица что-то лестно пробормотала про мой рост и фигуру. Я кивнула, глядя на свое отражение в зеркале: высокая блондинка в строгом пальто, с лицом, на котором последний год чаще жила концентрация, а не нежность. «Королева», — как говорил Ринат, правда говорил раньше.
Пакет с трофеем был легким, но неловким в руке. Шла к выходу, обдумывая сценарий вечера. Может, заказать его любимую пасту с беконом? Выключить телефон? « Напасть» с порога?
И тогда я их увидела.
Сначала — спину. Широкие плечи в отлично сидящем черном пальто, знакомый до боли наклон головы. Ринат. Он стоял у витрины ювелирного магазина, и его лицо, обычно собранное в напряженную маску, было расслабленным, улыбка — непринужденной, той самой, которая когда-то растапливала меня. Рядом с ним девушка. Низкая, едва доходящая ему до плеча. Копна темных кудрявых волос, из-под короткого элегантного пальто мелькнул край платья. Она что-то говорила, жестикулировала, и все ее существо было одним большим, живым, радостным жестом, указала на что-то в витрине.
Тело среагировало раньше сознания. Я шагнула в сторону, за массивную бетонную колонну, прижав к груди этот дурацкий пакет, отсюда был виден профиль Рината и женское личико. Она была очень молода и… ослепительно красива. жгучей, порывистой красотой, и родинка под полной нижней губой, которая двигалась, когда она смеялась.