Часы показывали десять, когда он пришел, звук шагов в прихожей: быстрых, уверенных обычно заставлял что-то внутри меня откликаться тихой радостью. Сегодня эта радость была похожа на выключенный монитор: черный экран, где должно быть изображение.
Он вошел на кухню, скинул пиджак на спинку стула, а я стояла у плиты, делая вид, что доливаю воду в сотейник.
— Привет. Ужин готов, — мой голос прозвучал нормально, по крайней мере мне так показалось.
Ринат подошел к столу, посмотрел на тарелку. И сморщился. Это было не выражение усталости, а именно гримаса легкого, почти брезгливого отвращения.
— Спасибо, но я не буду. Терпеть не могу рыбный запах, прям тошнит что-то…
Время замерло на долю секунды. Я услышала скрип своего мозга, перемалывающего эту фразу. «Терпеть не могу». Слова, выстроенные в убийственно простую формулу. Я столько лет оперировала цифрами, но эта фраза ударила с силой, которую не измерить.
Просто кивнула, подошла к столу, взяла его тарелку. Поднесла к мусорному ведру и опрокинула. Рыба мягко шлепнулась на кулек с отходами. Вспомнился пакет с кружевами в торговом центре. Еще одно ненужное, выброшенное усилие.
Затем я включила воду, взяла губку. У нас есть посудомоечная машина, Bosch, бесшумная и эффективная, но сегодня мне нужно было делать что-то руками. Что-то простое, монотонное, что требовало концентрации на тактильных ощущениях: скользкая поверхность тарелки, тепло воды, запах лимона от средства. Это отвлекало от хаоса внутри. Движения должны были быть обыденными. Я мыла тарелку, будто от ее чистоты зависела вся моя жизнь.
Ринат налил себе вина.
— Этот идиот Марков опять завязал с поставками, представляешь? — начал он. Голос был привычный: усталый, слегка раздраженный, деловой. — Цены взвинтил на двадцать процентов. Придется искать нового.
Он говорил. Жаловался на клиентов, на кризис, на задержку по срокам у строителей на даче. Я стояла к нему спиной, мыла уже чистую тарелку, и каждый его звук падал в меня, как камень в пустой колодец. Где-то там, на дне, копилась злость. Тихая, холодная, аналитическая. Он делился со мной проблемами бизнеса, как с главной женщиной в своей жизни, а всего пару часов назад был с другой…
Сжала губку так, что вода брызнула на фартук.
— Может, у него другие приоритеты появились, у твоего Маркова, — произнесла я ровным тоном, глядя в окно на темный сад. — Семья, например. Или что-то более личное, требующее вложений.
В тишине, последовавшей за моими словами, я услышала, как он отхлебнул вина.
— Не знаю, не знаю. У всех одни проблемы, прям бесит…