– Тебе нужна женщина.
– Мне нужен помощник, а не служанка или любовница. Тебе прекрасно об этом известно.
– Служанки в страхе убегают, любовницы, должно быть, умирают от тоски, потому что всякая нежить интересует тебя больше, чем женщина, страстная или застенчивая. Что до помощников… Сложно найти достаточно способного, чтобы угодить тебе. Да и родители не желают отдавать своих сыновей в ученики некроманту. Эта девица, считай, дар богов, поскольку сочетает в себе все качества и точно никуда не денется.
– Отчего же? Что ты пообещал ей за службу, если она согласилась?
– Ничего. Я купил ее для тебя.
Все звуки стихли. Видимо, хозяина дома (кем еще мог быть Кристиан?) новость удивила не меньше, чем саму Арабеллу. Она не ждала возмущенных возгласов: рабство, несмотря на попытки некоторых аристократов изменить ситуацию, оставалось нередким явлением в королевстве, – но воцарившаяся тишина не предвещала ничего хорошего. Чем дольше мужчины молчали, тем страшнее становилось. В эту минуту вновь решалась ее судьба, а она опять никак не могла повлиять на исход событий.
Белла привыкла думать, что нет ничего хуже смерти и бесчестия, но можно ли назвать таковой жизнь в доме некроманта? Носители магии смерти всегда держались особняком. Даже поклонялись не светлой Элве, а мрачному Терусу. По слухам, до сих пор приносили ему кровавые жертвы. Даже сходили с ума, не силах справиться с той ношей, что ложилась на их плечи.
Белла не считала себя одной из них, даже несмотря на открывшийся дар, вернее, проклятие. То, что случилось с ней, казалось странным стечением обстоятельств, не имевших отношения к некромантии, но стоивших ей чести и свободы.
– У тебя холодно, как в склепе, – посетовал Роджер. – Прикажи согреть вина со специями.
– Я недавно вернулся. Кроме меня, камин здесь никому не нужен. Спиртных напитков не держу и приказывать мне некому. Могу предложить чай с медом.
– Кто-то же тебе готовит. Я чувствую запах мяса.
Кристиан хмыкнул и промолчал.
Арабелла поймала себя на мысли, что тоже хотела бы знать ответ на этот вопрос. Видя окружение человека, можно многое понять о нем самом.
Вместо него ответила женщина. Она появилась в дверях кухни. Вышла, пятясь, дабы не повернуться к господам спиной.
– Кушайте на здоровье, благородные господа, – произнесла незнакомка с издевкой, – больше моей еды в этом доме вам не удастся попробовать. Я и сама не останусь здесь ни на минуту. Думала, и правда работу нашла, а тут такие непотребства творятся. Тьфу!