Она махнула подолом цветастой юбки, подхватила небольшую дорожную сумку и, не прощаясь, распахнула входную дверь. На мгновение задержалась, будто решала, стоит ли мокнуть под дождем или переждать какое-то время. Осенила себя обережным знаком и шагнула в темноту. Обернулась и прошептала, прикрыв рот ладонью:
– Бегите отсюда, милочка, пока не поздно.
Арабелла была бы рада последовать этому совету, но не могла. Стоит ей отойти достаточно далеко, как тонкий металлический ошейник, будто маяк для корабля, приведет к ней хозяина. Судьба всех беглых рабов одинакова – смерть. Неважно, что стало причиной бегства, раб – вещь, а у вещи не может быть ни чувств, ни мыслей, ни желаний.
– Хорошо, – вновь заговорил Роджер, – если в этом доме мне не рады…
– Я предложил тебе чай, – парировал Кристиан.
– Если мне не рады, то не смею тебя задерживать.
Гость вышел первым. Окинул прихожую взглядом. На Арабеллу смотрел не дольше, чем на ящик с деревянными кольями, что стоял у камина. Поправил плащ.
– Родж, ты ничего не забыл?
Кристиан оперся о дверной косяк, сложил руки на груди. Черная рубашка натянулась на плечах.
– Нет, – улыбнулся Роджер, впервые на памяти Беллы. – Меня ждет Западный утес, а тебя нескучный вечер или ночь. – Он кивнул в сторону Арабеллы. – Развлекайся.
Лорд Эриас задержался на долю секунды. Театрально хлопнул себя по лбу, будто только теперь вспомнил нечто важное. Поманил Беллу.
На мгновение она подумала, что Роджер заберет ее с собой. Он не жалел ее, но ограничивался резкими словами и ни разу не поднял руку. Рядом с ним было привычно–тревожно. О том, чего ждать от некроманта, оставалось только догадываться.
– Не бойся, – добавил лорд Эриас. Улыбка удивительным образом преобразила его хмурое лицо. Даже черные глаза так не пугали. – Право жизни и смерти передаю Кристиану Эриасу. Да будет магия тому порукой, а Элва и Терус свидетелями.
Ошейник стал чуточку теплее и вдруг опалил холодом. Арабелла вскрикнула. Схватилась руками за металлический ободок, не давая ему соприкоснуться с нежной кожей шеи.
– Все, теперь она твоя, – добавил Роджер. – Не благодари.
Он коснулся лба пальцами правой руки, по-военному отдавая честь, и исчез за дверью. Белла едва не бросилась следом за ним, но вовремя вспомнила, что теперь у нее новый хозяин.
– Еда на кухне. Лечь можешь в гостиной, – произнес Кристиан. – Утром отправлю тебя обратно.
Слова звучали так просто, обыденно, словно он не о человеке говорил, а о вещи. Впрочем, разве могла рабыня рассчитывать на другое отношение?