— Где хозяйки? И встань, наконец…
— В салоне они… — насмерть перепуганная Лусия Аманда даже не подумала вставать. Наоборот, ткнулась лицом в пол и замерла.
— Разберись с ней, Наумыч, чего это она?.. — бросил я Степану и, обойдя служанку, направился в музыкальный салон. Ну где вы, мои цыпочки? Соскучился — сил нет…
Поднимаясь по лестнице, услышал веселый смех Лизы и Франсин. Толкнул дверь — и замер на пороге. Мне вдруг захотелось кого-нибудь убить. Рука непроизвольно нащупала рукоятку пистолета…
Даже не знаю, что сказать. Веник и Уини, с повязками на глазах, весело гоняются за Лизхен и Франсин. А эти… слов нет… эти дамочки, мать их за ногу, весело вереща, улепетывают со всех ног, позванивая в колокольчики. Твою же душу в качель, я там за Родину живот кладу, а они…
Первой меня увидела Лизавета, испуганно завизжала и отважно прикрыла собой бестолково топтавшегося Вениамина:
— Не смей Мишель, он не виноват!!!
Франсин среагировала мгновением позже и поступила точно так же, только в отношении Уинстона:
— Не надо, Мишель, мы все объясним!!!
Чего это они так всполошились? Я скосил глаз и увидел, что все-таки вытащил кольт из кобуры. Немного сконфузился и затолкал его обратно. А действительно, чего это я? Все же складывается самым лучшим образом!
— Ко мне в кабинет. По очереди. Веник и Лизхен — первые… — Я развернулся и, стараясь не хромать, вышел из салона.
В кабинете постоял перед зеркалом. Рожа как рожа; правда, маленько покоцанная. Особой ненависти и злости на ней не наблюдается. Почему это, спрашивается? Добрый, что ли? Или глупый? Ну уж нет…
Присел в кресло, выудил из шкатулки сигару и крепко затянулся. Подумал немного, и плеснул в рюмку коньяка. Отпил глоточек и поинтересовался у чучела бородавочника:
— Ну а чего ты хотел? Дамы всегда предпочитают синицу в руках, а не журавля в небе. Это жизнь. А тебе — наука на будущее…
План действия сам по себе сложился в голове; я откинулся на спинку и кресла и стал ждать.
Скоро раздался робкий стук в дверь.
— Входите.
Лизхен с Веником, потупив глаза и держась за руки, ступили в кабинет. Вениамин очень преобразился: скорее всего, стараниями Лизаветы. Щегольский дорогой костюм, аккуратная прическа, даже прыщи на мордочке куда-то исчезли. И чистый! Мать его за ногу: Веник вымылся! Ну, а Лизхен… Лизхен выглядит великолепно. Как всегда. Вот же стерва… Пристрелить вас, что ли? Да нет, рука не подымется. А вот наградить могу, за избавления от множества проблем. Ну ладно, а то сейчас Веника кондратий хватит. У Лизы же, наоборот, на лице что-то никакого раскаяния не просматривается…