— Меня просто наняли… — скромно улыбнулся я.
— Славься Бр-р-ритания-я-я!!! — неожиданно заорал попугай хриплым голосом.
Родс поморщился и вкрадчиво поинтересовался:
— Кто?
— Я не знаю. Дело происходило в Нью-Йорке. Мой… скажем так, агент предложил неплохие деньги за вполне выполнимые задачи. Я согласился. Насколько мне известно, подобные предложения получили еще несколько человек моей профессии, и вроде бы даже согласились на них, но в Африке я их пока еще не встречал.
— Боже храни-и-и кор-р-ролеву!!! — опять напомнил о себе пернатый.
— Значит, воюете за деньги? — задумчиво переспросил Родс, уже не обращая на питомца внимания.
— Конечно, за деньги… — я нейтрально пожал плечами, — уж явно не из симпатии к бюргерам. Другой вопрос, что я привык отрабатывать свое жалование на совесть. Отсюда и определенные результаты. Но не надо преувеличивать мою роль в перечисленных вами событиях. К ним я имею весьма ограниченное отношение. Скажем… разве что как непосредственный исполнитель, не более того. Планированием занимались совершенно другие люди.
— Подполковник Максимов и майор фон Бюлов? — поинтересовался Родс, заглянув в очередную папку.
— И они тоже, — с готовностью подтвердил я. — Но опять же, данные господа не более чем исполнители: правда, рангом повыше чем я. Есть еще кто-то, но, увы — я не в курсе, кто это. Рискну даже предположить, что над тактикой действия буров работают люди из Генерального штаба какой-то европейской страны. Возможно, сразу из нескольких…
Родс с каменным лицом молча слушал, попыхивал сигарой и изредка едва заметно кивал, как бы соглашаясь с моими словами. Затем последовал неожиданный вопрос:
— Какие отношения у вас с президентом Стейном?
Ответить на него я не смог, так как за моей спиной кто-то возник, и Родс, досадливо поморщившись, отдал приказание отвести меня назад в камеру, вернее — в кабинет, игравший ее роль.
И да… все эти события сопровождались довольно сильной артиллерийской канонадой, воистину проливавшей бальзам на мое сердце. Ну и ором попугая, на все лады славившего Британскую империю.
Утвердившись на «шконке», а точнее — на кожаном диване в кабинете, я наконец закурил и крепко задумался. Ей-богу, есть над чем подумать. Сразу хочется отметить некоторые положительные моменты. Просто замечательные моменты. Меня пока не выдали британцам, что почти наверняка свидетельствует о желании Родса сыграть какую-то свою партию. И я ему для этой партии нужен — это факт, вот только каким образом и в качестве кого, пока непонятно. Неужто собрался посредством Майкла Игла вступить в переговоры с бурами? А что, вполне возможно: он явно не дурак и понимает, что инициатива пока явно не на стороне Британии. Потянет время, а потом… а потом бритты все равно оправятся и придушат республики. Вполне работоспособная версия. Хотя… А может, он просто собрался меня перекупить? Тоже вполне вероятно: насколько я помню, Родс глубоко убежден, что все в этом мире продается и покупается, в том числе и люди. А вообще, достаточно выдающийся персонаж этот Сесиль Джон Родс. Убежденный англофил, человек поразительной работоспособности, при этом умеет ценить своих работников, в том числе из самых низших звеньев — в свое время даже обеспечивал их льдом для повышения комфорта работы в шахтах. Что достаточно многое о нем говорит. А еще он с детства болен туберкулезом и через два года умрет. Да, в 1902 году, и в его честь назовут Родезию. Впрочем, от этого мне не холодно и даже не жарко.