— Прошли, — проговорил я, заметив, что мы пролетели «ленточку».
Коровин начал выполнять манёвры по направлению. Судя по нашему местоположению и времени пути, мы слегка идём впереди ударной группы.
Мы с Булкиным выполнили несколько раз «ножницы». Но останавливаться не стали. При таких манёврах удобнее просматривать заднюю полусферу друг друга. Тем более что мы уже подлетали к цели.
Добавив обороты, наша группа приблизилась к искомому объекту. Даже с высоты в 3000 метров был виден район, окружённый со всех сторон различными укреплениями. И теперь нам нужно выполнить свою второстепенную роль.
Коровин начал выполнять вираж на подходе к объекту, но тут же его самолёт тряхнуло.
Я сразу выполнил отворот, а потом и переложил самолёт в обратную сторону.
Будто бы из ниоткуда в небе беззвучно начали появляться «шапки» разрывов. Лишь через секунду до меня докатились глухие хлопки.
С земли по нам начали работать знаменитые 88-миллиметровые орудия Флак.
В этот момент взрыв произошёл слева от меня, а затем и справа. Самолёт швырнуло из стороны в сторону, как при шторме. Меня так болтануло в кабине, что я чуть было не ударился головой об остекление фонаря. По фюзеляжу забарабанила шрапнель. Звук такой, будто на самолёт сыплют крупный гравий.
Мы начали маневрировать с большой скоростью. Булкин только и успевал мелькать то слева, то справа от меня. Постоянно Слава менял курс, высоту и скорость. Приходилось то спикировать вниз на сотни метров, то резко набрать высоту. Всё это дополнить выполненной «змейкой».
От постоянного напряжения сводило скулы, но уйти никак нельзя. Пока мы на себя их отвлекаем, у основной группы есть шанс подойти как можно ближе.
Я выполнил очередной разворот со снижением, как вдруг внизу пространство начали прорезать огненные пунктиры трассеров. А следом и начались вспышки взрывов.
Клубы серой пыли от выпущенных нашими самолётами реактивных снарядов появлялись всё чаще.
— 01-й, группой отработали! Отработали! — прозвучал в наушниках голос Резникова.
В этот момент прямо по курсу произошёл ещё один разрыв шрапнели. Самолёт буквально подбросило невидимой волной. В кабину мгновенно попал резкий запах гари.
Я потянул ручку управления на себя и одновременно отклонил её влево. Сразу же отклонил и левую педаль.
На ручке управления начало нарастать усилие. Набегающий поток начал зажимать элероны. По всему фюзеляжу пошла дрожь, а меня самого вдавило в кресло.
Я закончил манёвр и посмотрел вниз.
Один за одним начали над территорией объекта вверх подниматься огненные столпы и чёрный дым.