— Я вовсе не это имела в виду, — возразила Эгвейн. — Конечно, она хотела уехать. И ты действительно не имел права ее удерживать. Но почему ты все-таки не попросил ее остаться? Не дал ей понять, что не хочешь разлучаться с ней?
— Но она же хотела уехать, — повторил вконец сбитый с толку Ранд, заметив, что Эгвейн закатила глаза, будто он несет полнейшую чепуху. Если он не имел права удерживать Илэйн, то с какой стати должен был упрашивать ее остаться? И что толку говорить об этом, когда она давно в пути?
Неожиданно позади раздался голос Морейн:
— Ну что, ты готов поделиться со мной своим очередным секретом? Я давно поняла, что ты что-то утаиваешь. Ведь на худой конец я могла бы предостеречь тебя от рокового шага, ведущего к пропасти.
Ранд вздохнул. Он и не слышал, как приблизились Морейн и Лан. Подъехал поближе и Мэт, хотя он по-прежнему старался держаться поодаль от Айз Седай. Лицо Мэта было задумчивым; казалось, суровая решимость боролась в нем с сомнением и неохотой, что было особенно заметно всякий раз, когда он украдкой бросал взгляд на Айз Седай. При этом юноша ни разу не взглянул на Морейн прямо.
— Ты и вправду хочешь идти со мной, Мэт? — спросил Ранд.
Мэт пожал плечами и ухмыльнулся, но как-то неуверенно:
— Кто же захочет упустить шанс взглянуть на этот проклятый Руидин?
Услышав это, Эгвейн подняла брови и посмотрела на Мэта. А тот ответил ей:
— О, прошу прощения за грубость, Айз Седай, но готов держать пари, что я слышал от тебя словечки покрепче и по менее серьезному поводу.
Эгвейн глянула на Мэта с негодованием, но покраснела, — видно, удар угодил точно в цель.
— Радуйся тому, что Мэт здесь, — холодно сказала Морейн Ранду; в голосе ее явственно слышалось неудовольствие. — Ты совершил серьезный просчет, позволив Перрину уйти, да еще и скрыв его уход от меня. Мир покоится на твоих плечах, Ранд, но эти двое должны помогать тебе поддерживать его, иначе ты падешь, а вместе с тобой и весь мир.
Мэт дернулся и моргнул. Ранду показалось, что тот с трудом сдержал желание развернуть своего мерина и припустить вскачь.
— Я знаю свой долг, — ответил ей Ранд. «И участь свою знаю», — подумал он, но вслух этого не сказал, ибо не хотел, чтобы его жалели. — Морейн, кому-то из нас надо было вернуться в Двуречье, а Перрин желал этого. Ты хочешь, чтобы все только и думали о спасении мира. Пойми, я… делаю то… что должен.
Страж кивнул, хотя и промолчал. Лан не имел обыкновения спорить с Морейн при посторонних.
— Ну так в чем твой секрет? — допытывалась Айз Седай.
Ранд понял, что она не отстанет, пока не добьется своего, к тому же у него не было больше причин скрывать свои намерения.