«Ты не герой, Мэтрим Коутон, — подумал Мэт, бросив взгляд за спину. — Тот, кто остался, — вот он настоящий герой. Да осияет тебя Свет, Ноэл».
— Что дальше? — спросил Том.
Похоже, к менестрелю возвращались силы. Мэт передал ему Морейн и забрал копье. Дверных проемов в комнате было два — один за спиной, другой напротив первого. Но Мэт все равно закрыл глаз, покрутился на месте, и удача указала на второй проход.
Туда они и направились. За окнами этого коридора виднелись джунгли — должно быть, теперь друзья оказались в самой их чаще, — и Мэт время от времени замечал те самые три шпиля, где они были совсем недавно и где Ноэл теперь истекал кровью.
— Это здесь тебе дали ответы? — спросил Том.
Мэт кивнул.
— Как думаешь, а мне ответят? — продолжил Том. — Три вопроса. И меня устроили бы любые ответы…
— Поверь, не нужны они тебе. — Мэт поправил шляпу. — Это не ответы, а обещания и угрозы. Мы…
Том остановился рядом с Мэтом. Морейн у него на руках пошевелилась, не открывая глаз, и тихонько застонала, но менестрель замер не по этой причине.
Мэт увидел впереди еще одну круглую желтую комнату, в центре которой стояла дверная рама из краснокамня — вернее, то, что от нее осталось.
Страшно ругаясь, Мэт помчался вперед. Пол комнаты устилали красные каменные обломки. Мэт со стоном выронил копье, схватил несколько осколков, поднес к свету… Портал был разбит вдребезги, ударом какой-то ужасающей силы.
С Морейн на руках Том опустился на пол у входа. Судя по виду, он снова выбился из сил. Свой мешок Мэт отдал Ноэлу, а Том свою поклажу бросил, вызволяя Морейн. И эта последняя комната оказалась тупиком, с единственным дверным проемом. Другого не было.
— Да чтоб оно сгорело, это место проклятое! — заорал Мэт. Он сорвал с головы шляпу и уставился в бесконечную тьму над головой. — Чтоб вам всем сгореть, и змеям, и лисицам! Забери вас Темный! Вы получили мой глаз, получили Ноэла… Неужели этого мало? Не слишком ли высока цена? Разве жизнь самого Джейина Далекоходившего не утолила ваш голод? А, чудища треклятые⁈
Его звонкий крик сгинул в пустоте. Ответа не последовало. Старый менестрель, сомкнув веки, прижимал Морейн к груди. Его опаленные туманом руки покраснели, и покрытая волдырями кожа уходила под обгорелые рукава. Том не походил на побежденного. Нет. Он походил на человека, стертого в порошок.
Мэт в отчаянии озирался по сторонам. Попробовал покрутиться на месте, но когда открыл глаз, увидел, что указывает в центр комнаты — на разрушенный портал.
И тут он почувствовал, как в душе гаснут последние искры надежды.