— Что за сделка? — осведомился Мэт, обводя глазами пьедесталы. — Чтоб вам сгореть, что за сделка⁈
— Надо уплатить цену, — ответил один.
— И соблюсти условия, — подхватил другой.
— И принести жертву. — Это добавила одна из женщин. Она улыбалась шире остальных. И зубы у нее тоже были острыми.
— Я хочу, чтобы обратный путь был частью сделки, — сказал Мэт. — И чтобы вел он туда же, откуда мы пришли. И я, проклятье, еще не закончил обсуждать условия, так что не думайте, что это единственная моя просьба, чтоб вам сгореть!
— Путь откроют, — кивнул один из восьмерых, а остальные, подавшись вперед, принюхались. Они чуяли отчаяние. У нескольких Илфин был недовольный вид. «Не ожидали, что мы доберемся досюда, — догадался Мэт. — И не хотят нас упустить. Им не по душе подобный риск».
— Хочу, чтобы выход оставался открытым, пока мы не выберемся отсюда, — продолжил он. — Чтобы никаких помех или уловок. Чтобы он, проклятье, не исчез у нас на глазах. И путь к нему должен быть прямым. Никаких меняющихся комнат. Один прямой коридор. И вы, треклятые лисы, не сможете лишить нас сознания, или жизни, или еще чего.
Такое им не понравилось. Мэт заметил, как некоторые сдвинули брови. Хорошо. Пусть знают, что разговаривают не с ребенком.
— Мы забираем ее и уходим, — заключил он.
— Эти требования дорого стоят, — заявил один из Илфин. — Чем ты расплатишься за запрошенное?
— Цена уже известна, — прошептал другой из-за спины.
Так оно и было. Каким-то образом Мэт знал об этом. В глубине души. С тех пор, как впервые прочитал письмо Морейн. Случилось бы все это, не поговори он с Элфин в тот самый первый раз? Скорее всего, Мэт расстался бы с жизнью. Они были обязаны говорить правду.
Его предупреждали, что за все придется платить. За жизнь. За Морейн. И он заплатит эту цену. В тот момент он понял, что заплатит. А если нет, то в итоге цена окажется непомерной. Не только для Тома или Морейн, и не только для самого Мэта. Судя по тому, что он знал, от этого момента зависела судьба всего мира.
«Чтоб мне, дураку, сгореть, — сказал себе Мэт. — Может, я и вправду герой».
А это самое главное — верно?
— Я заплачу, — объявил Мэт. — Половиной света мира. — «Чтобы спасти этот мир».
— Сделано! — провозгласил один из Илфин мужского пола.
Восемь существ спрыгнули с пьедесталов — все как один — и обступили Мэта тесным кругом. Они приближались, словно затягивая петлю, — быстрые, гибкие, хищные.
— Мэт! — крикнул Том. Одной рукой он держал бесчувственную Морейн, а другой тянулся к ножам.
— Так надо. — Мэт жестом остановил Тома с Ноэлом и отошел на несколько шагов от друзей.