Потому что они нуждались в этой науке.
О Свет! Теперь Мэт ясно понимал мотивы ее поступков. От этого он не меньше сердился на Морейн, но к гневу примешивалась искренняя благодарность. Чтоб ей сгореть! Целый вихрь эмоций. Эти треклятые лисы… Как они посмели держать Морейн в таком состоянии? Она хотя бы жива?
Остальные замерли, разглядывая Морейн. Ноэл — с самым серьезным видом, а Том просто не верил своим глазам. Поэтому Мэт шагнул вперед, собираясь освободить ее, но, едва его пальцы коснулись тумана, все тело пронзила жгучая боль. Он вскрикнул, отпрянул и потряс рукой:
— Проклятье, горячо! Этот туман…
И он осекся, когда вперед выступил менестрель.
— Том… — предостерегающе сказал Мэт.
— Плевать, — отозвался тот, подошел к туману и протянул руки. От одежды повалил пар, из глаз брызнули слезы, но Том, не дрогнув, обхватил Морейн и вызволил ее из туманного облака. Она обмякла у него на руках, но в стареющих мускулах хватало сил, да и вес Морейн был, наверное, невелик, поскольку она заметно отощала.
О Свет! Мэт и забыл, какая она миниатюрная, ниже его на целую голову! Том опустился на колени, скинул с плеч менестрельский плащ и укутал Морейн, чьи глаза оставались закрыты.
— Она… — начал Ноэл.
— Жива, — тихо сказал Том. — Чувствую, как сердце бьется. — Он снял с ее руки браслет в форме согнутого в обратную дугу человека в странном облачении. Запястья человека были привязаны к лодыжкам. — Похоже на какой-то тер’ангриал. — Том сунул браслет в карман. — Я…
— Это ангриал, — объявил новый голос, — своей мощью почти не уступающий са’ангриалу. И он может пойти в довесок к этой женщине, коль скоро вы согласитесь заплатить за нее.
Мэт развернулся. На пьедесталах теперь появились Илфин: четверо мужчин, четыре женщины. Все восемь носили не черное, а белое: мужчины в белых юбках с ремнями на груди, женщины в белых блузах, сшитых из того же бледного материала, наводящего на неприятные мысли о человеческой коже.
— Следите за языком, — велел Мэт Тому и Ноэлу, стараясь обуздать волнение. — Брякнете что-нибудь не то, и вас подвесят на веревке, а потом скажут, что вы сами того хотели. Ничего у них не просите.
Никто не произнес ни слова. Том прижимал к себе Морейн. Ноэл, закинув мешок за спину, настороженно поднял факел и посох.
— Мы в главном зале, — продолжил Мэт, обращаясь к Илфин. — Он называется Уговорным чертогом. Вы обязаны исполнить заключенные здесь договоренности.
— Условия сделки уже определены, — заявил один из Илфин и улыбнулся, демонстрируя острые зубы.
Другой Илфин подался вперед и сильно потянул носом воздух, будто что-то почуял или… высосал это «что-то» из Мэта и остальных. Бергитте говорила, что здешние обитатели питаются человеческими эмоциями.