— Что, мозгами обзавелся? — рассмеялся Перрин. — Давно пора!
— С чего это всех вдруг стали интересовать мои мозги? — проворчал Мэт. — Поверь, ничего со мной не случится. И как-нибудь напомни, чтобы я рассказал о том вечере, когда впервые понял, что при желании могу победить в любой игре в кости. Хорошая история. Включает в себя падение с мостов. По крайней мере, с одного моста.
— Ну… почему бы не рассказать прямо сейчас? — справился Перрин.
— Не время. Да и незачем. Видишь ли, скоро я уйду.
От Тома пахнуло предвкушением.
— Перрин, ты же устроишь нам переходные врата? — спросил Мэт. — Конечно, неохота бросать Отряд. Ребята будут безутешны. Но теперь у них хотя бы имеются драконы, чтобы взрывать всякие штуки.
— Но куда ты собрался?
— Наверное, пора все объяснить, — сказал Мэт. — По этой причине мы и хотели с тобой встретиться, если не считать дружеский разговор и все такое прочее. — Он подался вперед. — Дело в том, Перрин, что Морейн жива.
— Чего-чего? — изумился Перрин.
— Истинная правда, — заявил Мэт. — Вернее, мы считаем, что она жива. Она оставила Тому письмо, в котором утверждает, что предвидела схватку с Ланфир и знала, что ей суждено… В общем, к западу отсюда, неподалеку от реки Аринелле, есть башня. Она целиком сделана из металла, и там…
— Башня Генджей, — тихо произнес Перрин. — Да, знаю про такую.
Мэт изумленно моргнул:
— Да ну? Чтоб мне сгореть! Давно ты книжником заделался?
— Так, слышал кое-что. Мэт, это очень нехорошее место.
— И там находится Морейн, — сказал Мэт. — Она заточена в этой башне, и я намерен вызволить ее из плена, для чего придется перехитрить змей и лисиц. Треклятые обманщики.
— Змей и лисиц? — не понял Перрин.
— Детская игра названа в честь существ, обитающих в башне, — кивнул Том. — По крайней мере, мы так думаем.
— Я их видел, — добавил Мэт, — и… В общем, сейчас не лучшее время для рассказа.
— Если хочешь спасти ее, — сказал Перрин, — я, пожалуй, мог бы составить тебе компанию. Или, по крайней мере, отправить с вами кого-то из Аша’манов.
— За переходные врата, Перрин, буду премного благодарен, — ответил Мэт, — но с нами тебе нельзя. Морейн объяснила все в письме. Пойти могут лишь трое, и мне уже известно, кто это будет. — Он помолчал. — Проклятье! Как бы Олвер не прикончил меня, когда узнает, что его не возьмут!
— Мэт, — покачал головой Перрин, — я в толк не возьму, о чем речь.
— Значит, все-таки придется рассказать всю историю, — вздохнул Мэт и посмотрел на кувшин. — Нам понадобится больше эля. И лучше скажи Грейди, что задержишься…