Когда Перрин, Фэйли и остальные вошли в зал, Илэйн чуть подалась вперед. Фэйли, конечно же, присела в реверансе, а Перрин поклонился. То не был земной поклон, но тем не менее. Следуя плану, Аллиандре тоже исполнила реверанс. Пониже, чем Фэйли. Это должно навести Илэйн на определенные мысли.
Если официально, аудиенция предназначалась для того, чтобы королева могла выразить Перрину и Фэйли благодарность за возвращение Моргейз. Разумеется, это была ширма. На самом деле здесь предстояло обсудить будущее Двуречья, но столь деликатную цель не следует озвучивать напрямую. По крайней мере, не сразу. Стоит высказать подобные намерения, и другой стороне слишком многое станет очевидно.
— Да будет всем известно, — мелодичным тоном произнесла Илэйн, — что трон приветствует тебя, леди Заринэ ни Башир т’Айбара, и тебя, королева Аллиандре Марита Кигарин, и тебя, Перрин Айбара, — (в его случае она обошлась без титула), — дабы лично выразить благодарность за возвращение нашей матери. Ваше усердие достойно высочайшей оценки со стороны короны.
— Спасибо, ваше величество, — по обыкновению мрачно ответил Перрин, хотя Фэйли долго втолковывала ему, что прерывать ход официальной церемонии не следует.
— Вскоре мы объявим дату праздника по случаю благополучного возвращения моей матери, — продолжила Илэйн, — и ее… восстановления в подобающем статусе.
Судя по этой заминке, Илэйн была недовольна, что с ее матерью обращались как со служанкой. Разве она не понимает, что Перрин и Фэйли понятия не имели, что Майгдин — это Моргейз? Хотя… в подобной ситуации любая королева имеет право негодовать. Ясное дело, Илэйн не преминет воспользоваться этим рычагом давления.
Быть может, Фэйли слишком уж увлеклась чтением между строк, но она не могла иначе. Навыки благородной леди мало чем отличаются от навыков какой-нибудь купчихи, а Фэйли была обучена действовать как в той, так и в другой роли.
— Наконец, — продолжила Илэйн, — мы подходим к цели нашей встречи, леди Башир и мастер Айбара. Имеется ли у вас просьба, которую я могу исполнить, чтобы отблагодарить за дар, принесенный Андору?
Перрин положил руку на молот и бросил вопросительный взгляд на Фэйли. Понятное дело, Илэйн ожидала, что он попросит формального титула. Или снисхождения и официального прощения за то, что он самовольно провозгласил себя лордом безо всяких на то оснований — в зависимости от того, как пойдет разговор.
Фэйли так и подмывало озвучить первый вариант. Он проще. Но не слишком ли прост? Прежде чем продолжить, ей требовалось кое-что узнать.