Фэйли коснулась боков Светлого каблуками, и тот тронулся с места. Наконец-то пришло время встретиться с королевой Андора, и сохранять спокойствие будет ох как непросто. Вместе с женой Перрин прошел через переходные врата, ведущие на окраину величественного Кэймлина с его остроконечными башнями, красно-белыми флагами и дворцом в самом центре. Раскинувшийся снаружи городских стен Малый Кэймлин разрастался в отдельный город.
Следом из переходных врат вышли остальные участники процессии, выбранные таким образом, чтобы произвести впечатление, но не демонстрировать угрозы. Аллиандре с сотней гвардейцев. Сто двуреченских стрелков — они сняли с луков тетиву и теперь держали их на манер посохов. Сто представителей Волчьей гвардии, в том числе немалое число мелкой кайриэнской знати с цветными полосами на форме, сшитой из ткани, которую удалось купить в Беломостье. И разумеется, Гаул с Девами.
Последним вышел Грейди в отутюженном черном мундире, на высоком воротнике которого сверкал до блеска начищенный значок посвященного. Аша’ман немедленно глянул на запад, в сторону Черной Башни. Чуть раньше днем Грейди, получив разрешение Перрина, пробовал открыть переходные врата в Черную Башню, но ничего не вышло. Эта неудача встревожила Перрина. Надо будет разобраться, в чем загвоздка — сегодня ночью или, самое позднее, завтра вечером.
Гаул и Девы выстроились вокруг Перрина и Фэйли, после чего процессия пришла в движение. Арганда с десятком волчьих гвардейцев отправился вперед — возвестить о прибытии гостей, — а остальные величественно шествовали по дороге. Город расползался во все стороны похлеще Беломостья. Неподалеку от Малого Кэймлина стояли лагерем несколько армий — должно быть, отряды разных лордов, поддержавших восхождение Илэйн на трон.
Кэймлин разительно отличался от других мест: здесь не было вездесущих туч, и Фэйли, увидев над городом пугающе ровный круг ясного неба, даже вздрогнула от неожиданности.
Вскоре вернулся Арганда с волчьими гвардейцами.
— Милорд и миледи, вас готовы принять! — объявил он.
Шествие продолжилось. Фэйли и Перрин ехали молча. Они уже десятки раз обсуждали будущую встречу, и теперь говорить было не о чем. Перрин разумно решил предоставить жене вести дипломатические переговоры. Не хватало еще, чтобы между Андором и Двуречьем вспыхнула война. Миру этого не надо. Только не сейчас.
За городскими воротами Перрин и айильцы насторожились. Фэйли, ни слова не говоря, терпела эту гипертрофированную опеку. Сколько же времени должно пройти, чтобы избавиться от тени, отброшенной на ее жизнь пленением у Шайдо? Временами казалось, что дай Перрину волю, и Фэйли даже в уборную ходила бы с четырьмя десятками телохранителей.