На улицах за городскими стенами толпились люди: гостиницы забиты под завязку, на рынках не протолкнуться, повсюду мусор, среди прохожих — пугающее изобилие беспризорников. Горлопаны распинались о наступлении опасных времен; некоторым, должно быть, приплачивали купцы, желавшие, чтобы горожане запасались продуктами впрок. Здесь люди Перрина закупали провизию, но обходилась она недешево; если Илэйн еще не выделяет денежную помощь, вскоре она будет вынуждена пойти на этот шаг. Интересно, что творится на королевских складах?
Они миновали Новый город, вошли во Внутренний и поднялись к королевскому дворцу, стоявшему на вершине холма. Перед воротами у девственно-белых дворцовых стен стояли навытяжку королевские гвардейцы в красно-белых табарах и до блеска начищенных кольчужно-пластинчатых доспехах.
Сразу за воротами все спешились. Сто воинов — айильцы и небольшой почетный караул от каждой армии — сопроводили Перрина и Фэйли во дворец. Коридоры были просторными, но Фэйли все равно чувствовала тесноту из-за многолюдия. Сегодня их с Перрином проводили в тронный зал другим, незнакомым Фэйли путем. Интересно, почему? Ведь можно было пройти напрямую!
С тех пор как здесь правил Ранд, во дворце почти ничего не изменилось. Разве что теперь тут не было айильцев — если не считать тех, кто пришел с Перрином. Посреди коридора тянулся все тот же узкий красный ковер, на поворотах стояли те же вазы, а на стенах висели все те же зеркала, благодаря которым помещение выглядело еще просторнее.
Подобные здания стоят веками, и в них ничего не меняется. По большому счету им все равно, чьи ноги топчут ковры и чей зад согревает трон. Всего лишь за год этот дворец повидал Моргейз, Отрекшегося, Дракона Возрожденного и, наконец, Илэйн.
Честно говоря, сворачивая к тронному залу, Фэйли отчасти ожидала увидеть Ранда, вольготно сидящего на Драконовом троне: на изгибе руки — странного вида короткое копье, в глазах — тусклое мерцание безумия. Однако Драконова трона там уже не было, а на Львином восседала законная королева. В свое время Ранд поставил этот трон рядом со своим и оберегал как зеницу ока, точно цветок, предназначенный в подарок будущей возлюбленной.
Королева Илэйн была вылитой копией своей матери, только намного моложе и повыше ростом: черты лица тоньше, чем у Моргейз, но те же золотистые волосы с медным отливом и та же ослепительная красота. По очертаниям груди и живота заметно было, что она беременна.
Отделка тронного зала соответствовала названию: золоченые панели из дерева и узкие — судя по всему, декоративные — колонны по углам. При Ранде здесь было темновато, но Илэйн расставила вдоль стен множество ярких горевших стоячих светильников. Справа от трона стояла Моргейз собственной персоной, слева — восемь гвардейцев королевы, а вдоль стен — мелкая знать, внимательно следившая за происходящим.