«Ты — Айз Седай», — прошептал внутренний голос еле слышно и в то же время оглушительно, ибо этот голос был глубже страха и сильнее отчаяния.
— А теперь поговорим о шипе сновидений, — сказала Месана. — Где бы мне его найти?
«Айз Седай — само спокойствие, Айз Седай — сама сдержанность, в какой бы ситуации она ни оказалась». Эгвейн перестала цепляться за ошейник. Она не проходила через испытание и не планировала делать этого, но… Если бы проходила? Если оказалась бы в подобном положении? Неужто сдалась бы? Неужто показала бы, что недостойна носить палантин Амерлин?
— Как вижу, отвечать ты не намерена, — продолжила Месана. — Что ж, это можно исправить. Ай’дам… Обожаю эти приспособления. Семираг такая умница, что привлекла к ним мое внимание, пусть даже и нечаянно. Жаль, что она умерла прежде, чем я надела ай’дам на ее шею.
Тело Эгвейн пронзила боль. Под кожей точно вспыхнул огонь. Из глаз брызнули слезы.
Но в прошлом она терпела боль и смеялась, когда ее избивали. Она уже была пленницей, да не где-то, а в самой Белой Башне, и пленение не сломило ее.
«Но это другое! — вскричала бо́льшая часть ее существа — та, что была в ужасе. — Это ай’дам! Такого я не выдержу!»
«У Айз Седай нет выбора, — отвечала меньшая часть ее существа — та, что была спокойна. — Айз Седай обязана выдержать что угодно, ведь только в этом случае она способна на истинную службу всему сущему».
— Итак, — сказала Месана, — рассказывай, где ты спрятала устройство.
Эгвейн обуздала свой страх. Это было непросто. О Свет, как же трудно это ей далось! Но она справилась, и лицо ее стало безмятежным. Теперь она игнорировала ай’дам, не позволяя ошейнику властвовать над ней.
Месана сдвинула брови, растерянно подергала поводок, и Эгвейн захлестнуло новой волной боли, но она приказала боли исчезнуть и спокойно проговорила:
— Сдается мне, Месана, что Могидин ошиблась. Она приняла ай’дам.
— О чем ты…
— Здесь, в Мире снов, ай’дам бесполезен. Как и те плетения, что он блокирует, — сказала Эгвейн. — Это всего лишь кусок металла, способный остановить тебя, только если дашь ему такую возможность.
Ай’дам разомкнулся и с металлическим звоном упал на пол. Месана проследила за ним взглядом. Лицо у нее окаменело, затем сделалось ледяным. Она подняла глаза на Эгвейн. Удивительно, но взгляд ее был бесстрастным, без намека на панику. Она сложила руки на груди:
— Выходит, ты усвоила здешние правила и набралась опыта.
Эгвейн твердо смотрела ей в глаза.
— Однако ты всего лишь дитя, — продолжила Месана. — Думаешь, тебе по силам одолеть меня? Ты представить себе не можешь, как давно я посещаю Тел’аран’риод. Сколько тебе лет? Двадцать?