— Четвёртый, — я не знал, какой у меня ранг на самом деле, но, опираясь на слова, деда Андрея, мог предположить, что третий или четвёртый. — А у вас?
— Третий. И вы, и я достаточно сильны. Вы можете и впредь убивать моих бойцов, а я — ваших, но мы оба — благородные люди, а что благородного в том, чтобы испепелять тех, кто заведомо слабее? Однажды нам придётся встретиться на поле боя, и тогда всё решится. Рано или поздно это случится. Так зачем оттягивать неизбежное? Можем ускорить процесс. Честный поединок один на один на нейтральной территории поставит точку в наших разногласиях. Побеждаете вы — я возвращаю вам ваших людей. Побеждаю я — ваше племя отдаст нам лошадей и скот, которых вы ведёте с собой, и немедленно уедет.
Предложение казалось разумным. Князь Чагин мыслил верно: если война продолжится, нам с ним ано или поздно предстоит встретиться на поле боя. Но прежде чем это случится, погибнет много народу с обоих сторон.
— Я согласен. Будем драться. Давайте назначим место и время. Привезите туда моих людей. Как только я одержу над вами победу, они должны быть немедленно освобождены.
— Да будет так, — Чагин посмотрел на часы. — Встретимся в три часа дня ниже по течению реки возле Скалы Судьбы. Это в двадцати километрах к югу от вашего лагеря. Вы легко найдёте это место. Буду ждать вас там до четырёх. С собой каждый может взять не более четырёх сопровождающих. Никаких артефактов и усиленной одежды — только магический дар. Пленников я привезу. Поединок закончится, когда один из нас признает поражение. Или погибнет. Таковы мои условия.
— Согласен, — я прикинул, нет ли подвоха, но ничего подозрительного не обнаружил. — К трём часам я буду на месте.
— Хорошо.
Мы поднялись:
— До встречи, господин Чагин.
— Буду вас ждать.
Мы вышли из здания, сели в «Самару». Обратно нас сопровождал тот же самый вездеход, с которым мы приехали сюда.
— Поединок? Он что, с ума сошёл? Ты зачем согласился? — Юлия снова была недовольна моим решением.
— Какой у меня выбор? Нам с ним в любом случае придётся столкнуться. Он прав. Лучше уж так, чем терять людей.
— А если погибнешь? Думаешь, этот подонок тебя пощадит?
— Мне не нужна пощада. Мне нужна победа.
— Он третьего ранга. А ты какого? Четвёртого, серьёзно? Что-то я сомневаюсь. Вряд ли выше пятого. Разница критическая! Боже мой, зачем ты вообще в это ввязался?
— Тёть Юль, ты же понимаешь, что я не могу уехать просто так, не могу бросить своих? Я не поступлю так, как вы поступили. Вы предали тех, кто вам доверял, предали в самый трудный час. Теперь будет всё иначе.