Я глядел на эту картину, и меня объяла ностальгия. Словно домой вернулся после длительного отсутствия. Вот только дом оказался на чужбине. Переехал, что называется.
По пути я снял с пальца гербовый перстень и сунул в карман. Рано или поздно клану придётся узнать, кто я есть на самом деле, но не сегодня.
Возле мелкой речушки, почти ручейка, вдоль которого росли чахлые осины и сухая трава, расположилась группа домов на колёсах. Среди них выделялся один большой на платформе современного грузовика. Возле него был навес, под которым две женщины — молодая и постарше — чистили овощи. Из дома вышел Богатырёв — крупный тяжеловес, лысый, подтянутый, с густой седеющей бородой. На правой руке его не хватало двух пальцев, на левую ногу он прихрамывал.
— Добрый день, ваше сиятельство! — поздоровался он с Юлией басовитым голосом. — Добро пожаловать! Проходите в дом.
Мы зашли в фургон и оказался в относительно просторном (для дома на колёсах, но не для городской квартиры) помещении с диванами, шкафчиками и обеденным столом, расположенном по центру. Здесь даже кондиционер имелся — огромная редкость для жилищ кочевников.
Мы уселись за стол. Пётр Борисович достал из холодильника содовую, из шкафа — стаканы и налил нам. Как же было приятно промочить освежающим напитком разодранное песком горло!
— Честно сказать, вижу вас впервые, — проговорил Богатырёв. — Раньше к нам другие приезжали. Я — Пётр Богатырёв, но зовут меня обычно Богатырь.
— Юлия Сергеевна Скуратова, — представилась тётушка. — Ну этого-то молодого человека ты наверняка знаешь.
— Ещё бы! Андрей был у нас самым способным одарённым. Не удивлён, что вы его на службу взяли. Только вот жаль, что его с нами не было, когда немцы те напали. Ты ведь знаешь, Андрей, что твои родители погибли в сражении?
— Уже знаю, — проговорил я.
— Ну вот, — вздохнул Богатырь. — А ты как раз за пару дней до этого уехал.
— Как это произошло?
— На вас ратники немецкого барона напали, с которым Скуратовы воюют. Атаку-то отбили, потому что у нас тоже княжеские ратники тогда были, да и мы подоспели, но потери оказались большие. Бой до самого вечера продолжался, враг раза три на штурм ходил. Настырные, гады. Только ночью отступили. А когда Скуратовы своих людей отозвали, нам ничего другого не осталось, кроме как сняться с места и поехать на юг, к морю. Там пастбищ много, глядишь, и нам найдётся, куда приткнуться.
— Брат мой и сестра живы? Где они?
— Живы-то живы, да только колонна наша растянулась сильно, вёрст на десяти, поди. И некоторые общины позади остались.