— Как ты оказалась в моем номере, Стелла?
— Игорь с Нелли… Это они. У них какой-то знакомый был. Парень все сделал. Он… Ему нравилась Амелия. А потом, когда все произошло, смылся. Пожалел. До него тоже дошла информация о твоей аварии…
— Как ты меня вырубила?
Отворачивается, поджимает губы.
— Переоделась в форму работника отеля. Добавила в твой напиток…
Не договаривает. Все и так предельно ясно. Я догадывался.
Получается, слабость от того дерьма, что я проглотил. Амнезия тоже.
Вот откуда провал. Вот где корень всего моего кошмара.
Как бы ни пытался напрячь память — ничего не помню.
Твари.
— Реально думаешь, что вам все сойдет с рук?
— Будешь отыгрываться на мне, Эмин? В чем моя вина? В том, что любила тебя?
Резко повернувшись к ней, хватаю за горло, сжимаю. Клянусь, еще одно лишнее слово и сверну ей шею.
— Расплатитесь все. Все, ясно?
— Пусти…
Отстраняюсь, опускаю боковое стекло. Воздух немного отрезвляет. Нужно держать хладнокровие. Руки — для дел, а не для истеричек.
— Игоря тут нет, — зло усмехается. — Нелли… У нее богатый мужик. Наконец нашла того, кого искала. После банкротства отца она с ума сходила.
— Прекрасно, — достав пачку сигарет, выбиваю одну. Закуриваю.
— На мне отыгрываться будешь? Потому что до них достать не сможешь?
Повернувшись к этой дряни, выпускаю дым прямо в ее лицо. Машет рукой, морщится. Будто сама не курит. Дура.
— Я не играю грязно, Стелла. Точно так же, как не веду дела. Делаю все открыто. Мужик Нелли будет выделываться — придется и ему кислород перекрыть. Но, будь уверена, я это дело просто так не оставлю.
— Не пойму… Ты чего копаешься? Столько лет прошло. Только сейчас очухался? Почему?
— Не твоего ума дела. Дай мне контакты. И Нелли, и Игоря.
— Игоря не достанешь.
— Сквозь землю достану, — вбиваю каждое слово.
— Оставь меня в покое. Они тебе не рассказали бы правду. А я все выложила. И да, помню, подружка твоей мышки Нелли по асфальту раскатала, схватив за голову. На тот момент я тоже пожалела о всем, что сделала. Амелия была раздавлена. Изменилась. Ты говоришь о совести… Наверное, впервые я почувствовала укол в сердце от ее состояния. Все было настолько плохо.
— Сука, — цежу сквозь зубы. Ненависть подступает комом к горлу.
— Глупой была, Эмин. Глупой малолеткой. Поверь мне… Я это говорю не потому, чтобы ты отстал от меня. Нет. Я говорю искренне. Прости.
— Ты же понимаешь, что я тебя уничтожу при любом раскладе? Прощение не в моих правилах.
Всхлипывает. Начинает плакать. Вызывает лишь улыбку. Дура. Думает, на меня как-то подействуют ее слезы? Ошибается.
— Эмин, я честно жалею. Если бы время можно было открутить назад, клянусь, никогда не полезла бы к вам. На тот момент… Амелия настолько самодовольно вела себя. Будто была уверена, что ты только ее. И для меня было дело принципа разлучить вас. Да, я это сделала. Не одна, но сделала. Однако никакого облегчения в итоге не почувствовала. Прости, Эмин. Прости меня за глупость.