Меня оставили… Ну, потому что меня похитили, кому как не мне теперь разбираться со всем этим?
А, и ещё. Даша привезла сюда ту четвёрку. Это ведь «они» меня привезли, но привезла их она на их машине. Самой Даши, как уже говорил, нет. Она пошла домой. Пешком…
И сейчас омоновцы уложили меня на землю и ворвались в дом… Больно, если что…
Суровые мужчины были в защитной экипировке, потому что я сообщил об огнестреле у бандитов. Даша предлагала забрать всё, но смысл от него? Негатива более-менее сильного им не поцарапать даже. А слабых мы уже легко уничтожаем.
От полицейских сирен проснулись все на улице и «побежали». Вижу, как несколько омоновцев рванули в сторону одного из домов и кричат, а ещё стреляют в воздух.
Залаяли служебные собаки, а также полиция врывается в дома… Решительно, однако! Но тут ещё дело в том, что я отправил полиции видео с тайниками и их содержимым. Хорошо, что в прошлый раз я взял телефон начальника полиции… А вот и он идёт.
Он жестом приказал отпустить меня, и я поднялся на ноги. Мужчина же передо мной выглядел сонным, но собравшимся. Да и все здесь ещё недавно были в тёплых кроватках, а теперь сорвались и припёрлись сюда.
— Михаил Фёдорович, — заговорил тот, подходя ближе. — У меня очень много вопросов!
— Представляю. Прекрасно представляю. Но история будет долгой… А ещё я хочу написать заявление на Конева Антона Романовича об организации похищения…
Двух зайцев одним выстрелом? Посмотрим, получится ли, но шанса упускать я не намерен. Берегись, Антоша!
Отделение полиции.
Утром.
— Ой, да сколько можно? — вздохнул я, глядя на следователя.
— Они утверждают, что не похищали вас. И по подъездной камере непонятно, что произошло, — ответил тот.
Находился я в небольшом кабинете. Сидел перед столом, за которым расположился средних лет мужчина в гражданской одежде. Работал вентилятор, подоконник был заставлен комнатными растениями, но свежее от этого не становилось. Пыльно…
— Хорошо, как я там оказался? — поинтересовался я.
— Это я вас спрашиваю.
— А я отвечаю, но вы мне почему-то не верите и заставляете повторять одно и то же.
— Хорошо. Что вы делали ночью? Куда вы ездили?
— Я могу не отвечать на этот вопрос, — ответил я.
— Это помогло бы следствию.
— Как?
На мой вопрос мужчина не смог ответить и перевёл тему на моих «друзей».
— Нет, против друзей я имею право не давать показания. Они приехали, спасли меня, и я вызвал вас. На этом всё.
Мужчина посмотрел на меня и явно хотел сказать многое, но я здесь уже человек «известный». Один следователь скоро сядет за взятку, второй вскоре последует за ним. Ну, тот, который меня в СИЗО упёк к чертям.