Вечером третьего дня мы сказали Хлое, что хотим показать ей одно особенное место.
— Какое? — спросила она, глядя на нас с любопытством.
— Сюрприз, — загадочно улыбнулся Мэтт. — Надень что-нибудь красивое.
Она ушла переодеваться, а мы с Мэттом лихорадочно проверяли, всё ли готово. Мэтт нервно теребил в кармане коробочку с кольцами, я проверял сообщения от священника и музыканта.
— Всё будет хорошо, — сказал я ему, положив руку на плечо. — Она согласится.
— А если нет? — выдохнул он. — Если она скажет, что ещё не готова?
— Тогда будем ждать, — ответил я. — Мы же обещали.
Хлоя вышла в лёгком голубом платье, которое подчёркивало цвет её глаз и удивительно гармонировало с крыльями. Волосы она распустила, и они струились по плечам, как водопад из чистого света. Мы с Мэттом замерли, глядя на неё.
— Что? — смутилась она. — Что-то не так?
— Всё так, — выдохнул Мэтт. — Ты прекрасна.
— Идём, — я взял её за руку.
Мы вышли из дома и пошли по узким улочкам, ведущим к окраине города. Хлоя с любопытством оглядывалась, пытаясь угадать, куда мы её ведём, но мы молчали, только переглядывались и улыбались.
Храм стоял на самом берегу океана — небольшое белое здание с колоннами и открытой верандой, откуда открывался невероятный вид на закат. Вокруг не было ни души — только арфистка, сидевшая в углу, и священник в простой светлой одежде.
— Что это? — Хлоя остановилась, глядя на храм расширенными глазами. — Зачем мы здесь?
Мы с Мэттом встали напротив неё, взяв её за руки.
— Хлоя, — начал я, чувствуя, как голос дрожит от волнения. — Мы знаем, что это случилось не так, как бывает у всех. Не так, как нас учили. Но мы знаем одно — мы любим тебя.
— Оба, — подхватил Мэтт. — Сильно. До безумия. До конца вселенной и обратно.
— Мы не можем представить свою жизнь без тебя, — продолжил я. — И мы хотим, чтобы ты стала нашей женой. Нашей. Обоих.
— Вместе, — закончил Мэтт. — Навсегда.
Мы опустились на колени одновременно, и я достал из кармана маленькую коробочку с тремя кольцами.
— Хлоя Морган, — сказал я, глядя ей в глаза. — Ты согласна выйти за нас замуж? Стать нашей женой, нашей парой, нашей истинной навсегда?
Она смотрела на нас, и по её щекам текли слёзы. Но это были хорошие слёзы — я видел это по её глазам.
— Вы… вы серьёзно? — прошептала она.
— Серьёзнее не бывает, — ответил Мэтт. — Мы никогда ни в чём не были так серьёзны, Хлоя.
— Я… — она всхлипнула и закрыла лицо руками. — Боги, я так счастлива…
— Это значит «да»? — осторожно спросил я.
Она убрала руки, и на её лице сияла такая улыбка, что солнце померкло.
— Да! Да, да, тысячу раз да! — она бросилась нам на шею, и мы едва удержались на коленях. — Я согласна! За обоих! Навсегда!