– Жди нас.
Ждать. Легко… когда не твой ребенок в заложниках.
Плана точного нет. Все опасно и я же не пройду незамеченным.
Паркуюсь в метрах ста. Мне надо как-то туда попасть. Скорее всего здание закрыто и на сигнализации. В машине спецназа много чего есть, у меня же особо и нет ничего. На личной я в спецоперации не езжу.
Проверяю багажник. Из того, что может как-то пригодиться, только стропа.
Беру с собой. И между аккуратно пробираюсь. Осматриваю здание. Света нет. Движения в окнах тоже. Где же он может быть?
Я бы сидел там где камеры и сигнализация, на первом этаже, значит. а дина где?
Обхожу аккуратно здание. Выжидаю. Рассматриваю окна. Час проходит мгновенно.
Все молчат. В холле вижу движение. Отсвечивает что-то, будто телевизор смотрят. Спокойно все.
Не хочется вот так врываться. Видно, что Леонид выжидает чего-то.
Я тоже жду.
С торца здания есть пожарная лестница. В принципе мне подпрыгнуть и залезть туда без проблем. С крыши зацепиться стропой и через окно можно попасть в здание. Спустить на первый этаж. Но одному идти опасно. Надо ждать страховку.
Набираю Настю. Телефон выключен.
Да как?! Где она?
Грачева набираю. Не отвечает. Потом перезванивает.
– Дань, мы закончили тут. Со штурмом клиники тормозят, будто специально.
– Если он узнал?
– Не знаю. скорее проверяют.
– Что делать?
– Подожди, – замечаю Настину машину.
Она что тут делает?
Нет-нет-нет.
Быстро выходит с сумкой какой-то и идет к нему.
Я далеко слишком, чтобы остановить.
– Грач Настя тут, деньги наверное ему привезла.
– Останови. Не могу уже. Он выходит к ней навстречу. Затягивает в здание. Я туда.
– Митрофанов, не сметь.
– Мои девочки там, а я тут прятаться буду?
– Дань, мы едем. С разрешением или без, подстрахуем. Ты хотя бы телефон не выключай, чтобы я слышал, что происходит.
Рассказываю про план с пожарной лестницей. Перебегаю ближе ко входу, вижу, как Леонид роется в сумке, считает деньги, поэтому бросаюсь к лестнице, пока не видит, Подпрыгиваю, подтягиваюсь на руках и поднимаюсь наверх. Три этажа и я на крыше.
Стропой завязываю узел за металлическую трубу. Дергаю, проверяя.
– Грач, пошел.
Аккуратно спускаюсь по стене здания, отталкиваюсь и выставляя ноги вперед, разбиваю стекло.
Прикрываю лицо руками и, сгруппировавшись, падаю на пол.
Осколки сыплются сверху, как ледяной дождь. Один чиркает по предплечью. На коже остается тонкая красная полоска, и тут же начинает щипать.
Я дергаю дверь. Закрыта.
Еще раз – сильнее, до хруста в кистях.
Бесполезно. Не выбраться просто так.
Слушаю. Тишина. Но я на третьем этаже. Они на первом.