– Я боялся стать никем.
– Ты идиот. Ты нам нужен не из-за единицы в графе. А из-за головы. Из-за характера. А ты решил, что ты – это только прицел. Я буду за тебя ходатайствовать, но это все будет не быстро.
– Что теперь?
– Теперь – лечишься. Пишешь объяснительную. И молишься, чтобы все ограничилось отстранением и переводом в инструкторы. Потому что, если наверху решат показательно наказать… Я знаю, о чем ты сейчас думаешь, но помни, что ты без допуска, а значит, не можешь принимать участие в операциях. И то, что ты делаешь на работе и в жизни попадает под разные статьи.
– Жень… ты меня прости.
– Кто знает, как сам бы поступил…
– Я все же спрошу, если мне помощь ваша понадобится, поможете?
– Дань, косячить нам никак нельзя сейчас, но и тебя бросить мы не можем. Команда же.
– Давай, прорвемся. Что там у Насти?
– Надеюсь, все хорошо, ждем, когда все соберут и будет достаточно улик, чтобы его арестовать.
– Набери ее, узнай.
Набираю, и мир очередной раз переворачивается.
– Что? – кивает Грачев.
– Настя рассказала ей правду про меня, ее дочка сбежала. Никто не знает, где она.
– Какую правду?
– Ее дочь на самом деле моя. Она скрывала это ото всех, потому что боялась, что когда Леонид узнает, то может…
– Так, Дань, надо девочку искать. Может, она домой поехала?
– Настя уже едет туда, я за ней.
– Держи в курсе, если нужна помощь, звони.
– Постараюсь сам, чтобы не подставлять вас.
А потом Настя звонит еще раз. Когда слышу, что Дина у него и что он требует взамен, понимаю, что война становится личной.
Даниил
– Дань… Он… он звонил. Дина у него.
Твою мать. Да как… Все у него получается на шаг впереди.
Я не один раз видел, как могут заканчиваться такие истории. И сам давал людям шанс жить. А сейчас даже собственной дочери помочь не могу, потому что отстранен.
Выдыхаю, отключая все эмоции.
Это сейчас не поможет ничем. Только хуже сделает.
– Настя, успокойся. Где они?
– Успокоиться? У этого психа наша девочка! А ты предлагаешь мне успокоиться?
– Вот именно. У психа. Нам нельзя паниковать, Настя. Что он хотел?
Грачев кивает мне, я машу головой.
– Он хочет, чтобы я забрала заявление свое, Дань.
Знает все уже.
– Потом он ее отпустит.
Это вряд ли. Но Настю пока пугать не хочу.
– Он что-то сказал про место? – выдыхаю. – Про адрес?
– Нет. Сказал, я должна забрать заявление.
Слишком просто.
– Я тебе телефон юриста скину, звони ему, все расскажи, он скажет, как поступить правильно.
– А ты?
– А я буду искать Дину.
– Я с тобой.
– Настя, делай, как я говорю.
– Дань, я… я еще записала с ним наш разговор. Там нет ничего такого, только как он угрожает. Но может это как-то поможет.