Начинает рассказ
Это радость, шутки и веселье,
Карусель, карусель —
Это праздник для нас!
Прокатись на нашей карусеееели… — тихо пропела я, прикрывая глаза, смахивая набежавшие
слёзы.
— К чёрту! Не хочу! — зло прошипела я, подходя к кровати и бухаясь на неё спиной, пялясь в
потолок.
«А дома никого нет» — мерзкий голосок где-то там, между извилиной. Единственной прямой.
— Заааткнись! — рявкнула я, переворачиваясь на живот, зарываясь лицом в подушку.
«А всё ушли, и ты осталась совсем одна» — продолжал он насиловать меня.
— Отвяжись! — схватив подушку, подняла её, как страус пряча голову, накрываясь ею.
«А в кабинете — сейф. И ты знаешь…»
— Ооо! — Взвыла я, садясь на кровати, удерживая на голове многострадальную подушку, глядя
на себя в зеркало. Вот ведь, хренов Наполеон! — Я никуда не пойду! — рявкнула я своему
отражению.
И что? Вот вам, пожалуйста, уже топаю по коридору, вслушиваясь в гулкое эхо своих же шагов,
вздрагивая от каждого скрипа.
— И вот что тебе не сидится-то спокойно? — Бухтела я, открывая тяжёлую дверь, просачиваясь
в кабинет, двигаясь в полной темноте.
Я стояла перед сейфом, и как идиотка, в очередной раз набирала заветную дату — день
рождения мамы. Щелк. Щелк. Щелк. Тихий, но безжалостный отказ. Он сменил код. Конечно,
сменил. После моего вчерашнего наезда и крайне нездорового любопытства, он не мог оставить
всё как есть. А это значит… А это значит только одно: Там есть то, что мне нужно.
— Чёрт! — прошипела я, шарахнув по чёртовой железяке кулаком. Боль резко шарахнула по руке,
притупляя чувство полного бессилия.
Я метнулась к его столу, начала лихорадочно рыться в ящиках. Блокноты, папки, дорогие
ручки… Всё то же самое, что и в прошлый раз. Ни намёка, ни клочка бумаги с цифрами. Хотя
на что я рассчитывала. Угу. Поменял пароль, написал чёрным маркером и в рамочку повесил. Ах
да, ещё и надпись: «Дотя, полезешь в сейф, вот тебе новый пароль. И подпись: «Папулька»».
Пффф, умереть не встать!
В голове крутились все возможные даты. День рождения отца? Слишком банально, он себя не
считает центром вселенной, его эго другого рода. Годовщина компании? Не помню даже, когда
они её основали. Дата их свадьбы с мамой? Возможно… Но после того, что я узнала,
сомневалась, что он хранит её как святыню.
Я схватила со стола тяжелое бронзовое пресс-папье, готовая в ярости швырнуть её в стену,
как вдруг…
М-м-м-м…