— Какая разница? — он пожал плечами, его спокойствие начинало действовать на нервы сильнее, чем истерика.
— По правилам: крутим барабан перед каждым выстрелом. Шанс всегда один к шести. Без правил: крутим один раз в начале. Шанс с каждым ходом растёт.
— Давайте без правил, — Ян улыбнулся уголками губ. — Так будет даже интереснее.
— Решено.
Я резко дёрнул барабан, защёлкнул его. Механизм с жужжанием прокрутился, замер. Теперь смерть была в одной из шести каморок. Я поднёс дуло к своему виску. Глаза Баадера стали круглыми. Он уже хотел что-то сказать, запротестовать, но было поздно.
— За послушание, — сказал я, глядя на него, и спустил курок.
Щёлк.
Я переложил револьвер в другую руку и протянул его Яну.
— Твоя очередь. За доверие.
Ян взял оружие так же спокойно, как взял бы стакан с водой. Он не стал приставлять его к голове сразу. Он посмотрел на Баадера.
— Ты говорил, что я чудик? Ну, может быть и так. Что же, может быть сейчас одним чудиком станет меньше.
— Ян, не надо… — начал Андреас, но тот уже поднял револьвер.
— Давайте проверим.
Ян приставил холодный металл к своему виску. Его взгляд был пустым и ясным. Он смотрел на Баадера, а палец плавно, без малейшей дрожи, нажал на курок.
Щёлк.
Снова пусто.
В комнате стояла гробовая тишина. Даже телевизор словно притих. Энслин широко раскрыв глаза следила за нами. Ян медленно опустил револьвер и положил его на стол, толкнув в сторону побледневшего Баадера.
— Твоя очередь, Андреас. За… принципы, кажется.
Баадер смотрел на револьвер, как на гремучую змею. Его бравада испарилась, оставив лишь животное чувство самосохранения. Он облизнул пересохшие губы.
— Это… это безумие, — прохрипел он.
— Это риск, — поправил я тихо. — Ты же его так любишь. Ты же состоишь из сплошной опасности. Докажи!
Он не двигался. Его рука лежала на столе, сжатая в кулак, костяшки побелели.
— А давай снова я попробую? Ты пока подумаешь, товарищ, — улыбнулся я.
Глаза Энслин стали ещё больше. Она что-то пискнула, но слова явно не хотели покидать её обкуренное горло.
Я приставил револьвер к виску и…
Щёлк.
Выстрела не последовало.
— Пятьдесят на пятьдесят, Андреас, — проговорил я, положив револьвер на стол. — Испытаешь удачу?
— А можно мне? — поднял руку Ян.
Андреас перевёл взгляд на связного. Тот кивнул, подмигнул Энслин и…
Щёлк…
Выстрела снова не последовало.
Мы уставились на Андреаса. По логике, в барабане остался только один патрон. Сделать сейчас выстрел — самоубийство чистой воды. Молчание затянулось.
— Хватит, — сдавленно сказал Андреас наконец, отводя взгляд. — Хватит игр.