— Зачем? — пропищала я и оторопело сделала шаг назад, а от следующих его слов ощутила, как меня накрывает огненная лавина.
— Я хочу трахнуть тебя. Сейчас.
Ох, боже!
Глава 20 — Ресторан
Аня
В прошлой жизни, в той, где еще на кухне пахло бабушкиными пирожками с капустой и слишком громко тикали настенные часы, мама говорила мне, что у любой уважающей себя женщины должен быть лишь один мужчина.
Любимы!
И неважно, с тобой он или нет в данный момент времени. Ты обязана быть верной самой себе. И ему!
А что происходило сейчас?
Я стояла перед парнем, рядом с которым мое сердце совсем не билось чаще и не замирало испуганной птицей. Я не покрывалась в его присутствии с ног до головы восхитительными мурашками от сладкого предвкушения. И кровь в моих венах не кипела, когда он смотрел на меня.
Ровно до той поры, пока я не станцевала перед ним почти голая. И не увидела его член.
И теперь я вся покрылась испариной, боясь реакций собственного тела. Потому что, помимо банального страха перед неизвестностью и всей сложившейся ситуацией, я вдруг поняла, что в низ моего живота хлынул раскаленный свинец и осел между ног пульсирующим огненным шаром.
— Мы… — прохрипела я и тяжело сглотнула, насильно выталкивая из себя слова,
— мы пойдем в спальню?
— Ты пойдешь ко мне, Аня, — не переставая мерно водить по стволу ладонью, произнес Паша.
Так томно. Вкрадчиво. И протестовать ему мне с каждой секундой хотелось все меньше.
— Но как же? — развела я руками, переминаясь с ноги на ноту.
— Иди сюда, и я покажу тебе как.
Я прикрыла веки и медленно выдохнула, чувствуя, как тухну. Вот же — в один момент горела и тут же будто бы на меня ведро ледяной воды вылили. И не осталось ничего. И даже вид того, как Сенкевич смотрел на меня пылающим, словно бы одержимым взглядом, уже не разжигало во мне ничего.
Я за секунду выгорела дотла.
— Так, — рванул ко мне Паша, схватил за руку и притянул к себе, размещая мое тело между своих разведенных в стороны ног. а я отрицательно мотнула головой.
— Не надо.
— О чем ты? — нахмурился парень, но его ладони уже начала свое неспешное движение по моему телу.
Кончики его пальцев прямо сейчас, едва касаясь, щекотали мои бедра и крались выше. На ягодицы. На поясницу.
— я не знаю, я просто…
— Я знаю, Аня. Ты забила свою очаровательную голову всякой ненужной нам лабудой. Правилами. Приличиями. И запретила себе просто расслабиться, чтобы я подарил тебе удовольствие.
Ох, что он делает?
Он развязывает тесемки на моем лифе? О нет.
— Убери руки, — томным рокотом приказал мне Сенкевич, когда я стыдливо прикрыла грудь.