— Давай его обложим, — размышляет Де Ниро. — Прижмём по линии ОБХСС и по нашей тоже. А ты потом придёшь и решишь все проблемы, но за это… придумаем потом, что за это…
— У него, скорее всего, крыша хорошая, не может же он просто так на шару, что называется, такие дела крутить… Может буча подняться.
— Надо выяснить, кто его защищает и использовать волшебный чемодан Поварёнка.
— Если товарищ Су прознает о манипуляциях с чемоданом в личных целях, боюсь нам тогда ноги повыдёргивают.
— Это ещё не факт, — пожимает он плечами и отпивает из бокала виски, настоящее, не нашего производства.
— Там ещё есть такой персонаж, как Уголёк. Боюсь, как бы он не замочил Илюшу нашего.
Я рассказываю, что там приключилось, и что за гусь этот дон Вито.
— А зачем тебе этот Карандаш? Тем более, если от него угроза делу исходит. Он задиристый, неуравновешенный, как я понимаю. Никто и не удивится, что он всплывёт где-нибудь в Финском заливе…
— Вы мне предлагаете его просто устранить что ли?
Он пожимает плечами.
— Ладно, Егор, неплохо съездил, есть, о чём поразмыслить. Ты прав, деньги там большие крутятся, нужно накладывать свою руку. Давай всё взвесим, обдумаем и заберём себе этот чудесный город.
— Давайте, — хмыкаю я, — заберём. Чур мне Эрмитаж.
— Бери, — разрешает он отпивая виски. — Я тебе тоже хочу кое-что рассказать. Похоже, Гурко внял твоей просьбе и начал кое-что делать.
— Пиарить и прокачивать тему ЕБН?
— Пиарить — это что?
— Пиар, буржуйский термин, паблик рилейшнз, в узком смысле, значит раскручивать и продвигать.
— Значит, пиарить, да и… прокачивать тему ЕБН. Ха, ЕБН, да, молодец. А я тем временем попросил подготовить сводки по Свердловской области. В прошлом году двукратное увеличение хищений. Как тебе? Железная дорога, лес. Отправки в Узбекистан, а он у шефа уже в зоне особого внимания. Улавливаешь? Уже неплохо, да?
— Согласен, неплохо.
— А на днях Ельцин, он же там у себя царь и бог, так вот, буквально пару дней назад он встречался со студентами и преподавателями вузов и пять часов отвечал на вопросы. Спрашивали, скажу тебе, без страха и оглядки, вопросы были максимально острые и злободневные. Партийная дисциплина, воровство, коррупция, снабжение, перебои с продуктами питания, талоны, престарелые правители, социальные проблемы, молодые семьи. Да, много чего. И ответы были тоже подстать, дерзкие и не слишком… э-э-э…
— Политкорректные, — подсказываю я.
— Да, хорошее слово. И он в таком ключе говорил, что, когда, мол, придёт наше время, мы это всё изменим и всё такое. До основанья, а затем… Понятно, это можно повернуть по-разному, но с учётом того, что Рябов, это его покровитель в ЦК, тоже свердловский, уже несколько раз попадал на карандаш с едкими высказываниями по поводу возраста Брежнева и других товарищей, атмосфера складывается, я бы сказал, с привкусом скандала. Так что… так что у меня ребята готовят докладную на имя шефа.