Меня провели в покои для гостей. Огромная роскошная комната, в которой стояли позолоченные стулья, бархатные драпировки, ковры, в которых тонули шаги. На столе — кувшин с водой и чаша с фруктами.
— Подождите здесь, — сказал слуга и вышел, тихо прикрыв дверь.
Я подошла к окну. За стеклом — ни улицы, ни сада, ни жизни. Только внутренний двор, на котором суетились слуги.
И тут послышался легкий шелест за гобеленом на стене.
Я замерла, сердце ухнуло в пятки. Я отшатнулась, похоже тут потайная дверь. Невольно вспомнились романы, где убийца появлялся из-за потайной двери и наносил удар ножом.
Гобелен отодвинулся, и из-за него вышел Кариолан.
Он был в парадном камзоле, но лицо — уставшее, взгляд — тревожный.
Я облегченно выдохнула. Шагнула навстречу к Кариолану и сама не заметила, как вдруг оказалась в его объятьях.
Он поймал крепко, почти жадно обнял меня.
Его руки легли на меня бережно — одна на спину, чуть ниже лопаток, другая — на затылок, прижимая мою голову к своему плечу. Я спрятала лицо, вдыхая знакомый запах, который заставлял мое сердце биться спокойнее.
Я прижалась к нему всем телом, будто пыталась стереть границу между нами. Его дыхание коснулось моих волос — глубокое, дрожащее, как будто он тоже боялся, что это сон.
— Ты здесь… — прошептала я, и голос предательски сорвался.
— Я здесь, — ответил он. — Прости, я не смог вчера прийти к тебе. Не получилось выбраться из дворца.
Он не спешил отпускать меня. Наоборот — слегка наклонился, и его щека коснулась моей макушки. Я закрыла глаза. В этом прикосновении не было страсти, только нежность.
— Что тебе удалось узнать? — спросила я. — Чего ждать от сегодняшнего приема?
— Я почти ничего не узнал, — прошептал он. — Да, Малакон нападет. Во дворце есть предатели, которые служат ему, но я не узнал всех имен.
Новости не обнадеживали.
— А Хмык, что с ним? Когда он вернется? — спросила я.
— Не знаю, от него нет никаких новостей, — ответил Кариолан и погладил мои волосы.
Странно, но это меня слегка успокоило.
— Есть еще хорошие новости, — продолжил Кариолан. — Совершенно неожиданно…
Он умолк, кто-то открывал входную дверь. Кариолан поспешно спрятался за гобеленом и шмыгнул в тайный ход, из которого и появился.
Вошел Малакошенька. Он был разодет в невероятно шикарный камзол из темно-бордового бархата. При каждом движении в нем вспыхивали отблески по рукавам и вороту— тончайшая вышивка серебряной нитью.
На шее — серебряная цепь.
Волосы его были тщательно уложены. А взгляд был холодным, но не пустым. В нём мерцало любопытство хищника, что играет с добычей перед смертельным ударом. Надо же, никогда раньше не замечала у Малакона подобного взгляда.