— Ты зачем раздеваешься? — мой голос предательски срывается от волнения, а дыхание перехватывает.
— Поздравить тебя пришел, — заявляет хрипло.
Астахов отбрасывает футболку в сторону и берется за ремень. Буравит меня горящим взглядом, от которого становится еще сильнее не по себе. В его светлых глазах горит что-то темное, страшное, одержимое.
Бывало, я и раньше ловила его тяжелые взгляды на себе. Чувствовала пристальное внимание.
Но здесь и сейчас что-то меняется. Возникает ощущение реальной угрозы. Словно раньше хищник просто присматривался, а теперь выбрал цель, готов наброситься и сожрать в любой момент.
— Прекрати! — вырывается у меня нервно.
Его лицо сейчас выглядит будто непроницаемая маска. Ноль эмоций. Но сами черты точно заостряются, становятся жестче. В его резких, отрывистых жестах сразу чувствуется угроза.
— Давно напрашивалась, — оскаливается он. — Будешь знать, как вертеть задницей перед другими мужиками.
Чего?..
Мрачно бряцает массивная металлическая пряжка.
Вздрагиваю, увидев, как Астахов выдергивает ремень из шлеек на поясе брюк. Мигом отшатываюсь назад, упираюсь спиной в стеклянную стенку кабины.
— Ты что делаешь? — выдаю, ощущая, как дрожь ледяной волной пробегает по телу. — Совсем с ума сошел?
Он выразительно натягивает ремень, делая нечто вроде петли, а после отпускает ее, но только чтобы замахнуться, врезать по ладони. Будто примеряется, проверяет, как лучше ударить.
— Только тронь меня — закричу, — выпаливаю, сделав предупреждающий жест, выставив руки вперед. — Заору так, что все сюда сбегутся. Да я…
— Заорешь, — заключает ровно. — Ты у меня этой ночью голос сорвешь. Не от боли.
Астахов шагает ближе. За считанные секунды оказывается вплотную. Его тяжелое дыхание обжигает.
Нервно озираюсь по сторонам. Ускользнуть здесь некуда. Попадаю в ловушку между мощным телом и стеклом.
Астахов очень высокий. У него рост под два метра. Не просто так он стал капитаном хоккейной команды.
Ему достаточно встать как сейчас, немного расставив ноги, а я уже словно в капкане, не могу его обойти.
Паника поднимается внутри.
Что делать?
На самом деле, кричать бесполезно. Мы закрыты в отдельной вип-кабине. Это ночной клуб. Снаружи грохочет музыка, а тут все приглушенно. Как бы громко я не вопила, люди в основном зале ничего не услышат. А хуже всего — нас здесь никто не видит. Стены хитро сделаны. Из кабины видно все, что происходит на танцполе. Это как обычное прозрачное стекло. Но внешне сама кабина будто зеркальная. Люди увидят в этих стенах лишь собственное отражение.