Паук на плече слегка дрогнул, и сеть нитей позади нас сгустилась, стала многослойной и более подвижной, в то время как вперед, по направлению к земле и Пролому, потянулись лишь редкие разведытельные волокна, зондирующие пространство на предмет скрытых ловушек, которых скорее всего не было.
Мы неслись к черному пятну, которое с каждой секундой росло, превращаясь из пятна в зияющую пасть. Я уже видел фигурки людей, выбегающих из бараков внизу, услышал резкий, металлический вой сирены, разорвавший тишину высокогорья.
Барьер перед Проломом засветился ярче, его руны закрутились, активируя полную мощность. От его поверхности теперь исходило легкое, видимое глазу марево — признак максимального напряжения.
Не снижая скорости, я скомандовал Сепе приготовить атаку. Ее огромное, более километра в длину, тело содрогнулось, энергия сконцентрировалась в области ее рта.
— Теперь! — мысленно крикнул я в момент, когда до барьера оставалось менее полукилометра.
Сепа открыла пасть и изрыгнула сгусток. Он не был однородным. В его основе лежал чистый, неструктурированный Поток — сырая, необузданная сила. Его обволакивала и вела вперед, как таран, мировая аура, энергия высшего порядка, действующая как универсальный усилитель.
А внутри, как ядро, пульсировал коррозийный компонент — специально выработанный Ананси за годы изучения разложения материи и энергетических структур. Комбинация, предназначенная не для прямого пробивания брони, а для разъедания связей энергии.
Сгусток ударил в сияющий купол барьера с противным, затяжным шипением, похожим на звук раскаленного докрасна металла, опущенного в ледяную воду. Место удара моментально почернело, покрылось густой паутиной черных, будто гнилых, трещин, которые поползли во все стороны с пугающей скоростью.
Барьер дрогнул, его низкий гул перешел в визгливый, высокочастотный скрежет, бьющий по нервам. В воздухе резко запахло озоном, горелой пылью и чем-то кислым, химическим.
Внизу, в лагере, началась настоящая суматоха. Крики команд, перекрываемые рёвом сирен, вспышки фар транспортов, мечущиеся тени. От земли оторвалась дюжина фигур.
Десять из них были мастерами Проявления Жизни разной степени силы, их силуэты светились внутренним светом разной интенсивности — от тусклого свечения до ярких, цветных ореолов. А двоед развернули вокруг себя Аватаров Нова прямо в полете.
Один Аватар принял форму изящного крылатого человека со змеиной нижней половиной, другой — массивного, приземистого голема, сложенного из грубых гранитных плит, скрепленных энергией.
Они были метров по сто пятьдесят каждый, и их появление означало, что местный гарнизон не шутит и готов защищать объект ценой серьезных потерь.