Ананси среагировал быстрее слова. Часть нитей, что тянулись позади нас, как длинный хвост, дернулась, сплелась и сгустилась в гигантский вогнутый амортизирующий щит прямо перед нами, в самом эпицентре расчетной точки удара.
Сгусток фиолетового света врезался в него. Щит прогнулся, засветился изнутри до ослепительного белого цвета, затмив на миг звезды, и лопнул с хрустом разрываемой материи. Но ударную волну и основную энергию погасил.
Нас лишь отшвырнуло в сторону и Сепа, воспользовавшись импульсом, ловко выровняла падение и рванула вперед с новой силой, проскочив под протянутой, как гигантская лапа, тенью аморфного Аватара.
Та попыталась схватить нас, вытянув щупальце из собственной субстанции, но десятки нитей Ананси, будто живые змеи, молниеносно обвили его у основания и, сжимаясь в унисон, отсекли кончик. Тень отпрянула с беззвучным воем, ощутимым только на уровне вибраций Потока.
Они явно не выкладывались на полную. Скорпион атаковал точечно, стараясь не тратить силы, дева работала залпами средней мощности, гуманоид ставил статические ловушки.
Координация есть — они перекрывают основные пути отхода. Но синхронности нет. Каждый работал в своей, привычной манере, была видна разность школ.
Это была не отлаженная команда, годами бившаяся вместе. И их главной задачей не было убить меня. Их задачей было вернуть зеркало. Значит, будут стараться захватить живым.
Зеркало Габоллы — то, из-за чего начался весь сыр-бор, — лежало сейчас в моей сумке.
Скорпион, видя, что дистанционные атаки дают мало, ринулся вперед, обгоняя своих сородичей по погоне. Он решил действовать в ближнем бою, видимо, полагаясь на свою скорость и пронзающую силу. Его три жала засверкали матовым металлическим блеском, готовясь к комбинированному удару в разных плоскостях.
— Ананси, «Игла», цель — сочленения и база центрального жала, — мысленно бросил я.
Нити, до этого бывшие пассивной, хотя и сложной сетью, вдруг собрались в три плотных, невероятно тонких и острых жгута, сконцентрировавших всю свою прочность на кончиках.
Они не стали бить в лоб в броню. Два устремились к узким сочленениям двух передних ходильных конечностей скорпиона, третий — к самому уязвимому месту, основанию центрального жала, где хитин был тоньше. И вонзились.
Не для того, чтобы пробить броню Аватара насквозь — это было почти невозможно в текущих условиях. А для того, чтобы в момент начала его атаки передать короткий, резкий контр-импульс, сбить кинематику, нарушить баланс.
Скорпион, уже занесший жала для удара, вдруг дернулся, как марионетка, у которой дернули за нитки. Его движение нарушилось, он закрутился вокруг своей оси, пытаясь стабилизироваться. Его собственный импульс понес его в сторону, прямо на траекторию несущегося рядом гуманоида.