“Дамиан взирает на меня, и в прозрачности его зрачков я читаю наш приговор. Мы не канем в Лету. Мы обратимся в это место. Мы
прорастём
сквозь ил, станем солью этой влаги и горьким ропотом ветра в камышах”.
Элинор вскинула голову, озираясь. Марево вскипало вокруг кургана, отсекая её от неба, от дорог, от реальности. Камыши у подножия холма содрогались под порывами ветра, и в этом шелесте ей чудился зов – неразборчивый, но властный, точно её имя шептали из глубины.
“Мы
–
эхо друг друга. И покуда ты чувствуешь, как немеют твои персты от этих строк, покуда
твоё
сердце сжимается от этой чужой, великой боли
–
мы причастны к жизни. Наша любовь не ищет надгробий. Она алчет тех, кто дерзнет сгореть так же дотла, не моля о пощаде”.
Она дошла до последней, опалённой пламенем страницы.
Балки над нами лопаются, точно ребра измученного старца. Мы смыкаем веки. Мы возвращаемся в ту
чёрную
колыбель, что выжидала нас с первого часа.
Ты
–
мой открытый перелом, Дамиан. И ныне мы срастаемся в нерасторжимое целое. До последнего вдоха. И за его чертой.
Арабелла”.
Элинор долго пребывала в неподвижности, сжимая в ладонях хрупкие, опалённые временем страницы. Вокруг неё вскипало марево; где-то в недосягаемой хляби надрывно вскрикивала птица – а может, то был голос вечного пленника этих болот, не желавшего капитулировать пред забвением.
Она поднялась, бережно спрятав рукопись под куртку, к самому сердцу. Ржавый остов пистолета, скрылся в недрах рюкзака. Она уже готова была отречься от этого места, когда тишина раскололась.
Дыхание.
Не одинокий вздох – два дыхания, слитых в нерасторжимый унисон, точно такты двух сердец, прижатых друг к другу в последнем объятии. Этот звук струился отовсюду: из вязкого тумана, из зеркальной глади воды, из самой утробы кургана под её стопами.
Девушка резко обернулась на едва уловимый всплеск, но узрела лишь седую, непроницаемую мглу. Однако на краткий миг, на один судорожный удар пульса, ей почудилось, что две тени – монументальная мужская и хрупкая женская – скользнули по кромке прибрежной ряби, не размыкая сплетённых рук.