В общем, хорошая у Ивана семья. Чего не скажешь про него самого. Симпатичный? Определенно. Брутальный? Более чем. За спиной такого хочется спрятаться? О да! Но характер одним махом стирает все его достоинства. Злой, угрюмый, с перманентно хмурым выражением на лице и осуждающим взглядом – бука, одним словом.
– Я котела поздоловаться с Няней! – говорит Поля, смешно задирая носик.
– Вот, значит, кто у нас Няня, – не спрашивает, констатирует Иван. – И когда вы успели подружиться? – снова переводит на меня свой острый взгляд.
– Недавно, – отвечаю обтекаемо.
– Где познакомились?
– Это что, допрос? – оскорбляюсь я.
– Во дволе, – говорит малышка.
– Как вы познакомились? – не унимается Иван.
– Случайно, – говорю я угрюмо, надеясь, что на этом мы и закончим.
Но тут Полинка сообщает как на духу:
– Мы с бабулей касялись на каселях. А Няня гувяла с шобаками. Мы бегави вместе. Они меня в сугвоб уланили! – радостно сдает нас с потрохами малышка.
Ивана перекашивает от гнева. Черты лица заостряются, губы поджимаются в тонкую линию. А его следующие слова остры, как метательные ножи:
– Твои псы – угроза обществу. Чем ты вообще думала, когда выводила их гулять на детскую площадку?
– Я не выводила их гулять на площадку! – рычу тихо, ему в тон. – Мы шли домой! И, к вашему сведению, падение в сугроб было контролируемое. Мы просто все вместе дурачились!
– Так дурачась можно и голову разбить.
– Скажите, Иван, у вас на все в этой жизни такой исключительно депрессивный взгляд?
– А тебе как вообще живется в розовых очках?
– Почему вы вугаетесь? – надув губки, тихо спрашивает малышка.
– Мы не ругаемся, принцесса, – подхватывает маленькую ладошку отец. – Просто Няня не та, с кем тебе стоит общаться.
– Посему? – обижено.
– Потому что я так сказал, – категорично.
– Хах! – хмыкаю я. – Очень взрослая жизненная позиция! – закатываю глаза.
– Не тебе мне про взрослые позиции рассказывать, – рычит вполголоса мужчина, кося взгляд на две мои доверху набитые собачьим кормом тележки. – Своих детей родишь, потом про позиции и поговорим.
– Грубиян.
– Чокнутая. Идем, Полина, – разворачивается и тащит за собой ребенка Иван.
Малышка, торопливо семеня ножками следом за отцом, оглядывается на меня и украдкой машет ладошкой с розовой варежкой на резинке. Я улыбаюсь и посылаю ей воздушный поцелуй. Она смешно хватает его в кулачок и прячет в кармашек куртки. Наш маленький секретный жест.
Такому бы ребенку отца нормального…
Собрав оставшиеся позиции по списку, ползу на кассу. Здесь меня уже знают. Чаще всего я делаю закупки именно в этом супермаркете, поэтому кассиры не округляют в удивление глаза, увидев гору моих покупок. Наоборот, иногда подкидывают что-то от себя. Типа дешевеньких игрушек для четвероногих. Мы с Алевтиной и работниками не можем позволить себе такое расточительство, а хвостикам приятно. Они ведь тоже как дети, просто на четырех лапах и с хвостом.