— Я не считал время, пока пользовался его жизнью.
Орк замер, изображая из себя едва заметно раскачивающегося истукана.
— Мы согласны на эти условия. Сначала мы притащим тебя в шатёр и избавим тебя от гнилостной части.
Вождь показал на силуэты позади него. Меня попытались тушей заволочь на волокушу, но я рыкнул, отгоняя орков как назойливых мух и сам, в раскорячку забрался на волокушу. Но я не позволю обращаться со мной как с куском мяса, даже если они считают меня ходячим донором крови.
Волокушу затащили в просторный шатёр, я смог бы в нём развернуться, даже когда был целым. Снаружи раздалось блеянье, а следом в шатёр затащили плоскую и круглую деревяшку. Её расположили под моим хвостом. Меня пробил озноб от осознания предстоящего.
— Маа́с ну коолту́н, — раздался хриплый голос вождя, вставшего рядом.
— Мыслеречью говори, — я пробился ему в сознание.
— Всё готово, древнейший. Наш воин ждёт, как и ожидают животные. И наши лекари.
Рядом с обрубком хвоста стоял серо-зелёный силуэт в два с половиной метра ростом, в его руках что-то длинное поблёскивало металлом. Меня затрясло, но лишь на мгновение. Мне придётся принять неизбежное. Мне надо быть сильным. И гордым. Мама просила не позволять страху захватывать сознание, и я послушаюсь её.
Я сказал привести животное, чтобы воспользоваться им сразу. И показать, где орк с мечом будет рубить. Он в полной тишине медленно опустил его практически в конец хвоста, около моих бёдер. Я чуть не кинулся на этого урода, но сдержался.
— Дальше. Если отрезать там, то я умру раньше, чем остановится кровь. Дальше.
Вождь ничего не ответил, но орк передвинул меч. Теперь останется сантиметров двадцать.
— Дальше. Если отрубить здесь, то я не смогу ходить.
Тишина в ответ. Никто не двинулся. Лишь секунд пять спустя орк передвинул лезвие, оставляя сантиметров сорок. Эта пауза объяснила всё: так просто мне этот шатёр не покинуть. Я для орков — дойная корова, с кровью вместо молока, и гарантированным билетом в забойный цех.
— Дальше.
— Нет возможности, древнейший, иначе мы оставим затронутую гниением часть.
— Понятно. Где животное? — на мой вопрос все промолчали, но в шатёр завели козу. Я схватил её искалеченной пастью. — Действуй, орк, — я вгляделся в размытый силуэт вождя.
— Это название используют другие разумные. Оно не наше. Мы — дети первородных Почтенных Зверей, что назвали себя Мкаату́х. Имя нам — накту́ук ну са́ак Мкаа́тух, а мы — народ Суттаа́к.
Позади меня свистнул рассекаемый воздух. Белая вспышка застелила сознание, слух перекрыл звон. Но постепенно это всё проходило. Я напрягся всем телом, сдерживаясь. Эти твари не услышат моего крика.