Спазм скрутил живот, когда ноги встали на горную тропу. Мысли о предстоящем морально давили, но я старался не обращать внимания на тошноту и усталость. Мне надо отнести в лесок ещё немного плоских камней и напиться воды, а затем отправиться в скверный лес и найти порченого кабана. Жрать порождение скверны — не самая удачная идея. Но выбора у меня нет. И это скверно.
Чего только скверного не случилось со мной за прошедшие двадцать дней. Мало того что за эти дни мне пришлось сожрать трёх порченых кабанов, так ещё выслеживая их в лесу — я пожалел, что случай наградил меня таким большим срамным удом. Я несколько раз цеплялся им за кривые и скрюченные ветки да так сильно, что аж слёзы на глазах наворачивались. И мало всего этого, так третий из тех кабанов меня чуть не разодрал. На убийство первых двух потребовалось всего лишь двенадцать [Магических стрел], а вот недавняя третья тварь с клыкастой глоткой рухнула на землю как раз когда все мои запасы [маны] истощились.
Проблема в том, что за прошедшие три с половиной дня [маны] в резерве с нуля восполнилось меньше тысячи из двух с половиной тысяч [пунктов]. Надо было всё [очки характеристик] тела ящеролюда закидывать в [Магию], а так по пять [очков] ушло в [Стойкость] и [Ловкость]. Думал открыть разные [умения], но какие [умения], когда ежедневно балансируешь на грани смерти? Так ещё и самоисцеление не хочет заново изучаться. Неделю назад тот каменный ножик сломался, а из доступных технологий у меня только «Унга-бунга, майа стукать камень и камень». Вот и настукался, поцарапав голень. Неглубоко, но ходить с открытой раной не хотелось. А через несколько часов бесплодных попыток восстановить [Магическое исцеление] мне пришлось переосмыслить предстоящие трудности на ближайший год.
Трудности увеличивает тот факт, что за прошедшие дни мне встретилась только крыска, неудачно выскочившая из норки и с испуга бросившаяся наутёк — но у меня самый быстрый указательный палец на всём скверном континенте. Крыска поймала [Магическую стрелу] и замерла от нестерпимой боли. Я захотел убить её сразу, решил повременить, потому что процесс познания мира требует жертв.
Я сейчас держал крыску за хвост, а истошно пищала и дёргалась. Я оттопырил указательный палец и запустил бледно-синий сгусток магической энергии. Крыса оцепенела, серо-жёлтая шёрстка с матовыми чёрными полосками встала дыбом, пасть открылась в беззвучном писке, а на меня вытаращились мелкие глазки-бусинки. Секунд через десять шок от боли прошёл и грызун опять запищал, чтобы вновь получить заряд магии. Четвёртая [Магическая стрела] поставила точку в страданиях животинки, и в моих догадках.